доктора лечили
очень хорошо
шёл я на поправку
так и не дошёл
шумные соседи
не дают уснуть
наколи им кольщик
совести чуть чуть
разевает ротик
на чужой контент
мерзкий гадкий подлый
рифмоимпотент
я тебя хочу но
я тебя не бу
у меня на сало
вечером табу
книга это круто
на вот зацени
чернышевский люда
не писал херни
после поворота
курс держи на вой
так и доберешься
до налоговой
зайку на скамейке
не спеши бросать
вырастет и бросишь
зайку на кровать
в сентябре сказал мне
концептуалист
таня вы прекрасны
как опавший лист
хороша россия
сосны до небес
и горит красиво
забайкальский лес
так хотелось секса
прям чтоб йохохо
тело мужа дома
жаль оно бухо
сгрызла пару туфель
и полсапога
вот за что ты псина
мне так дорога
отвалились пальцы
вытекли глаза
где у интернета
кнопка тормоза
моль в шкафу икнула
намекнув на то
что манто со вкусом
но уже не то
грязь весной и слякоть
летом гнус и зной
осенью дождливо
холодно зимой
пальцы сунь в карманы
поумерь понты
это не мытищи
а мансийск ханты
со своей метелью
носится февраль
ласточке с весною
в сени не пора ль?
хлам перебирая
я нашёл скелет
вот где эта сука
пряталась сто лет
вам мужчина скажет
как вас видеть рад
если он напоен
счастлив и нажрат
морем чайка дышит
вкусом трав пчела
я тобой и тем что
ты вчера пила
свято обещаю
в будущем году
твёрдо смело к цели
снова не пойду
у меня не то чтоб
на устах печать
просто с дураками
тянет помолчать
днём читаю кодекс
по ночам словарь
то имею право
то всего лишь тварь
снова больно доктор
где то здесь в душе
временем лечился
не берёт уже
летней зорькой мне бы
бегать по лугам
а не акты сверок
делать по долгам
сей арманьяк фоль бланш столетний
был привезен за триста лье
а вы его на панталоны
пролье
с рассветом мальчик в путь пустился
он утром шёл и в пекле дня
всё шёл и шёл и превратился
в меня
я не хлебал воды из лужи
и не вкушал немытых слив
но почему весь день хватаюсь
за слив
рубай побольше жир свинины
горилки не жалея лей
і чуєш ти що з кожним кроком
хохлей
вчера я лепый счастный годник
похоронил приставку не
когда зарёкся впредь перечить
жене
лирический герой лисицкий
вставал едва заслыша гимн
и даже раз когда момент был
интимн