нахлебавшись летней
уличной жары
по ночам заводят
песни комары
пришёл в себя но слишком поздно
уже там кто то варит борщ
прошу прощенья слышу голос
вы будете дочитывать
и я надчитанную книгу
поспешно отдаю бомжу
крепкого мужчину
руфь вчера нашла
и гребёт вполсилы
или вполвесла
не раздражайте билетёршу
и передайте за проезд
а то она до вас дорогу
проест
опять на бал её не взяли
работе в доме нет конца
и золушка перебирает
винца
умер бедный ёжик
в поле у межи
ты отпой лошадка
то есть оторжи
мне зарплату платят
горсточкой пшена
и от слез горючих
каша солона
поэт любил две булки с маслом
одну любил он по утрам
другую он любил когда то
и видел иногда во сне
международный день придурка
не отмечает лишь дурак
родители не дали денег
господь не выделил ума
а остального не добилась
сама
оксана снова опоздала
и на работу и в себя
я помню покурил на кухне
и тихо в комнату вхожу
а больше из совместной жизни
с тобой не помню ничего
наш поздний ужин затянулся
когда закончилось вино
как пруд затягивает тиной
когда кончается разлив
надел олег один ботинок
глядит еще один стоит
когда же это прекратится
да где же этому конец
устал от драконов с восьми до шести
спасать человеческих самок
пора бы давно уже этот снести
замок
сквозь медь листопада и кружево зим
по горестным жизненным вехам
прошёл он чтоб в летней ночи стать твоим
эхом
когда мое настало время
господь добавил восемь дней
примерно столько набежало
за всех поглаженных котов
глеб выпил антидепрессанты
и сразу стало хорошо
и даже нож в груди оксаны
теперь по доброму торчал
в питере в июле
рано поутру
уши от мороза
просыпаясь тру
брезгливо кот понюхал миску
ушол и сразу же назад
уже с надеждой к ней подходит
страницу как бы обновив
плавно выплывает
из подъезда нестр
и по нём играет
духовой оркестр
олег вернулся после вахты
и затаил в себе обед
но грянул шторм и что обедал
что нет
спрячьтесь дети маша
миша глеб филипп
кажется тот дядя
на меня залип
ну и что сходила
голой к гаражу
не клюют водилы
на мою межу
не страшен истинным джигитам
жестокий холод февраля
у них машины с подогревом
люля
олег почувствовал затылком
гипнотизирующий взгляд
и постепенно слово вискас
в ево сознании всплыло
муму ко дну пошла как камень
но подвернувшийся бобёр
до простоквашино беднягу
допёр
свой из пары стилей
выбираю стиль
пустоту плести ли
хреноту нести ль
я чего сегодня
в гости к вам пришол
вдруг вам без меня тут
слишком хорошо