в лесу оксана заблудилась
и начала кричать ау
но лес китайский а китайцы
не понимают что беда
хочется влюбиться
прямо как в кино
зря ты не лариса
я не мимино
не годятся платья
ни размер ни крой
возле шкафа катя
мечется икрой
подарю мужчине
чёрные носки
и ту хрень что гладко
режет волоски
грусти добавляет
с сединою прядь
как мне подскажите
это одобрять
нам свобода слова
облегчает жись
вечером на кухне
сел и матерись
чтоб мы друг друга понимали
айкью мой нужно обнулить
— я за неё, — сказал детина
широкоплеч и криворож
и родион сменяет право
на дрожь
никакого толку
от твоих полста
мне всегда поллитру
ставь пожалуйста
ты мне не подходишь
слишком угловат
круглый говорю же
нужен мне квадрат
носочек левый или правый
на вечеринки надевать
я приобрёл суперспособность
невидимость наоборот
ну то есть не меня не видно
а я не вижу ничего
все умеют гуглить
и википедить
доктор по участку
может не ходить
следом за поллитрой
пить томатный сок
всё равно что прятать
голову в песок
давайте в вашем биополе
поставим биотуалет
перемыла рамы
выкрала коралл
просто имидж с сушкой
сашу задолбал
о милом многое узнала
из некролога и венков
я заключил что это время
когда оппозиционер
опасен даже заключённый
есть заключительный этап
не спи не спи сергей собянин
пока известия горят
кому кому на этом месте
построить славный тэ эр цэ
евгений был такой пригожий
день или около того
а на бориса есть надежда
уже неделю или две
я голосую за бориса
по крайней мере он борис
а я мечтаю президента
опять борисом называть
всем привычкам вредным
объявляю бой
убивать не стану
в плен возьму с собой
вновь несёт аглая
соль и каравай
вот она такая
как ни растлевай
засунул грека руку в реку
а рак сегодня на горе
никакого толку
от тебя родной
легче и просторней
было мне одной
набивая чрево
досыта людьми
транспорт на работу
их везёт к восьми
зря ты на работе
пашешь словно конь
в очаге семейном
деньги все в огонь
не всем антифриз помогает в мороз
февральского плена затворник
к стеклу жигулей безнадёжно примёрз
дворник
слоняясь по пустой квартире
борис снимает сапоги
и тишиною измеряет
шаги
бог людьми наполнив
вены городов
тромбы был увидеть
вовсе не готов