вот снова оттепель и зина
надела плащ и сапоги
идёт искать любимый шарфик
на перекрестке где сугроб
деинсталляция олега
произошла не до конца
остались рваные кальсоны
и двое маленьких детей
метеоризм и вросший ноготь
хронический тромбофлебит
не оправдание отсутствий
либид
бог упразднить официально
задумал подлости закон
уж подпись ставит как чернила
закон
а здесь у нас отдел особый
уничтоженья светлых чувств
в нём сотни критиков из детства
ломают лучшее в тебе
да что вы знаете о смерти
вздохнул заслуженный палач
детишки подходите ближе
сейчас я всё вам покажу
у каждой женщины загадки
есть сокровенная деталь
секретно спрятанная в теле
спираль
а я уже наверно умер
по крайней мере часть меня
гулявшая под майским ливнем
под песню группы дэдэдтэ
о чём то спорили с тобою
и вверх подкинули луну
втыкаем аверс или реверс
завис над городом ночным
в меня прокрался анатолий
я не заметила а он
минут пятнадцать потихоньку
то выходил то заходил
сижу в ирландском дымном пабе
и размышляю как спросить
бармена сколько стоит виски
и как пройти обратно в тверь
у настоящей леди дома
всё в идеальной чистоте
лежит на выбитом диване
печальный вымытый мужик
когда жара раздавит город
из дырок улиц потечот
сок забродивших пешеходов
желе расплавленных машын
я распущу шарфы и шапки
колготки варежки носки
чем не займёшься чтоб не сдохнуть
с тоски
олег поубивал героев
потом переженил врагов
и начал думать как добавить
оригинальности в сюжет
Вот на суде поют французы
"Юриспруди-юриспруда"
я слишком счастлива сегодня
сейчас остановлю часы
и клеем закреплю листочки
на отрывном календаре
моя любовь носила лыжи
в ту зиму задом наперед
но я не знал и убегая
все время возвращался к ней
а я не переспал с подругой
когда она клала меня
в свою постель потом об этом
жалел двенадцать лет но вот
я женщина и мне нужнее
а дальше элли бьет с ноги
и выбивает из страшилы
мозги
вяжу себе платок пуховый
хочу чтоб на похоронах
был разодет как подобает
мой прах
жизнь не имела больше смысла
депрессия сломила дух
не перенёс полярной ночи
петух
летает лошадь вдохновенно
по небу аки херувим
а мы в навозе по колено
стоим
отличники консерваторий
преодолев свой стыд и страх
со стен стирают цой меняя
на бах
из всех картин меня прельщает
одна где вы полунаги
и чётко видно основанье
ноги
не бойся в этом странном мире
легко без нас живут дыша
а мне пора лететь и подпись
душа
пришла зима и папа карло
сжёг в печке куклу стул и стол
слегка всплакнув над наименьшим
из зол
однажды вычеркнув из жизни
всё то что делал не любя
ты неожиданно встречаешь
себя
я рос наивным в неполадках
формирования ума
прошу винить трёх мушкетёров
дюма
он как блистательное солнце
а я как лужица воды
в процессе нашего с ним секса
я постепенно умерла