мы на балкон курить ходили
не после секса и не до
а вместо и сквозь дыма ленту
смотрели в город каждый в свой
в красивых шлемах из арбузов
мы наступаем на врага
из штаба телефонограмма
вы что там йобнулись совсем
вразрез с осенней мизансценой
любовью яркою блесну
даю на внутренних подмостках
весну
олег хотел пощупать сиськи
но не давал ему никто
и он тогда свои пощупал
но не понравилось ему
когда потомки раскопают
благоуханный труп меня
они замрут ошеломлённо
пред этой мёртвой красотой
яичницы приготовленье
есть эпопея а не блиц
когда нет в доме ни плиты ни
яиц
олег ночами пишет письма
на неизвестных языках
в несуществующие страны
и без надежды на ответ
её стихи блестят слезами
и кровоточат между строк
а раньше пели и смеялись
когда он был в неё влюблен
затворы лязгнули но кто то
сказал тихонько не стрелять
а крайний с права не расслышал
короткую приставку не
лежим и воздух между нами
дрожит от напряжения
ни ты люблю не скажешь первой
ни я
я прочитал три камасутры
но не нашёл ответ зачем
зато куда теперь понятно
и чем
я утром зажигаю солнце
включаю щебетанье птиц
и полным бодрости дискантом
кричу подъём ёбвашумать
пережывала донна анна
и чо хорошего любовь
за редкий секс стирай как дура
готовь
хомяк пихает два арбуза
в свои защечные мешки
мозги кровища кости зубы
кишки
непотопляемая муха
плывет в бокале шардонэ
на акт насилья сподвигая
менэ
графиня сделаем укольчик
да я сверлить и сам боюсссс
когда тут тройка и семёрка
и флюс
мне кажется я умираю
и моя плоть сигналы сос
волнами боли шлёт по нервам
в мой атрофированый мозг
я не хочу быть совершенным
мне дорог каждый мой изъян
моё безумие мой волос
чуть чуть торчащий из ноздри
пою под нос чужую песню
меж остановками в метро
и вижу ты в конце вагона
губами шевелишь в синхрон
богатство славу и принцессу
мы поделили на троих
теперь у каждого треть денег
треть славы и принцессы треть
пытался мышечную массу
набрать быстрее мой котэ
но вот не тэ в подвале мыши
не тэ
быстрей всего всегда сбегают
мужчины деньги молоко
да прибавляются заботы
легко
под питерским свинцовым небом
среди парадных как протест
жил смелый и принципиальный
подъезд
при виде умных ног оксаны
профессор понял что пропал
что несмотря на весь свой опыт
сейчас поставит ей зачёт
чем больше знаешь человека
тем больше ненависть к нему
и потому я ненавижу
себя чуть чаще чем других
киту ночами снится город
в пыли бетонной видит он
законсервированный в банках
планктон
ползут усталые маршрутки
минуя рвы и валуны
им покоряется поверхность
луны
не забывайте хмурить брови
когда идёт ваш злейший враг
не то чтоб напугать беднягу
а так
иван постигни соль процесса
компактный чемодан неся
в нём вовсе не рука принцессы
в нём вся
жызнь оборвалась виновато
во всём отсутствие табу
жаль осознание приходит
в гробу