свой странный облик скрыл под пончо
генетик инженер кирилл
ведь он когтист и перепонча
токрыл
в пустом шкафу не может толя
найти ни шмоток ни существ
там только пыль и только моли
веществ
ах мой арбат под стенкой цоя
пять идентичных окуджав
сидят аккорд один и тот же
зажав
что в чёрном ящике спросил он
жена одёрнула друзя
шутить во время панихиды
нельзя
лежит в сугробе чупокабра
не попадает зуб на зуб
и тихо бредит через жабры
козу б
когда останки выносили
олег задумчиво изрёк
а крокодил то не домашний
зверёк
запорошило все дороги
а чем спроси отвечу снег
отвечу снег и очень резко
и холодно взгляну в глаза
андрей наперсник зинаиды
её он слушает впотьмах
кивает если он согласен
и не кивает если нет
я не отбрасываю тени
а с плеском погружаюсь в них
на солнце раскалённым телом
как в реку в переход метро
а где душа спросил евгений
разглядывая тот набор
который был к нему приложен
когда его прислали к нам
под нижнеудинском на рельсах
пахучий маслянистый пот
и знойным маревом исходит
свежерасстеленный асфальт
бывает выйдешь побираться
в говне небрит и морда в кровь
а в лёгком платице навстречу
любовь
безумным морем мегаполис
шумит и пенится с утра
а люди словно электричек
икра
включите голос из розетки
там передача про грехи
я штепсель вынул а оттуда
стихи
набить свой рот бананом жёлтым
или зелёным огурцом
пойти гулять с набитым счастьем
лицом
жена сказала кроманьонцу
что он вонюч и туповат
вот так культура появилась
и мат
я тихо выпал из утробы
на сплошь заплёванный паркет
забился в угол и прожил там
сто лет
я скоро стану слишком мёртвым
и вы забудете меня
и синий свет пустого морга
уж не согреет мне лицо
колю отравленной иголкой
и восковое чучелко
в кремле хватается за сердце
и шепчет пуси пуси блять
я с антигорочки скатился
на светлых саночках любви
но тут же прочь из антиямы
полез страдая и кряхтя
эвакуация истошно
взревел не просыпаясь пётр
разбил в прыжке иллюминатор
и спасся за минуту до
смеясь я забегаю в реку
а ты сидишь на берегу
от мною сброшенного тела
газетой отгоняешь мух
кто лучше шишкин или репин
я не могу никак решить
один поэт другой писатель
один красив другой богат
олег швыряется деньгами
как только видит зульфию
в надежде что она исчезнет
не больше чем за семь рублей
он думал что ей скажет правду
она поймет и все простит
она все поняла и пулю
ему всадила между глаз
отложат прутья рифмоплёты
и поперхнётся сердцеед
когда разложат лицемеры
ещё не меренный товар
под тёплым южным покрывалом
густой лавандовой ночи
аркадий слился с морем струйкой
мочи
и вроде лето вроде море
я сиськи ставлю как маяк
но корабли проходят мимо
как так
на склоне лет я встал на доску
со склона улетев в кювет
порою крут на повороты
склон лет
на этих видеокассетах
героев юности реестр
два брюса чак арнольд жан клод и
сильвестр