мне нужно очень быстро бегать
пить до утра писать стихи
чтобы почувствовать хоть что то
напоминающее смерть
биг мак картофель фри и кола
все верно подтвердил олег
и джин немного удивившись
желания осуществил
едим мацу и только моне
приходят мысли о хамоне
страшней всего когда пришили
тебе чужие две руки
и тянутся они к роялю
через футбольные поля
кладу счастливые билеты
в коробку изпод монпансье
оттуда слышится спасибо
а через час она пуста
ваще т ной строил два ковчега
стараясь пережить потоп
но тот где были динозавры
потоп
зашёл вконтакт провёл там лето
зевнул блеснул чужим умом
подумал есть ли ум во мне то
в самом
наш брак основан на обмане
и виновата в этом ты
тебя б я даже не заметил
если б не этот поролон
пускай пингвин и глуп и робок
но не затем он жрал и рос
чтоб тело собственное прятать
в утёс
историй трогательных много
про жизнь про смерть и про любовь
в себе содержит заурядный
неразорвавшийся снаряд
глядит на море грустный сухов
а по щеке бежит слеза
слезай баркас сейчас взорвется
слеза
особых не было ухабов
катилась жизнь сама собой
вдруг в койке бац седая баба
с тобой
не рифмовалась бы анжела
соседской бабушкой на ять
когда б не стала так гордыней
вилять
у зои кончились патроны
у глеба кончились слова
но тут приходит дядя коля
патроны сволочь ей несёт
кто занимал за николаем
спросила женщина с косой
и неприличная повисла
вдруг на поминках тишина
приход в церквях по всей россии
неслабый испытал приход
узрев воочию мессии
приход
зухра как мякоть от арбуза
сладка желанна и красна
олег как косточки арбуза
внезапный мелкий и везде
андрей поёт про паровозы
а про машины не поёт
а про суда и дирижабли
не знает петь или не петь
За дерево зашел охотник
А вышел лишь его скелет
Один закон другим законом
Был превращен в папье-маше
Де-юре вроде долгорукий
А вот штаны не застегнуть
Безжалостный диагноз: гнида
Мне вынес бихевиорист
Как блядовать, не знал Иваныч
Но мы ему покажем, как
пусть из имущества лишь краски
набор кистей мольберт и холст
зато я молд полн творческх планов
и холст
большие половые губы
олег нащупал в темноте
хотя искал на антресолях
ключ торцевой на тридцать два
притихли скворцы собираются в путь
дорога в туманы одета
а мне как всегда не хватило чуть чуть
лета
олег упорно в смерть не верит
не верит просто да и все
хотя вокруг все помирают
стремясь чего то доказать
забившись в угол под кроватью
андрей лежит ни жив ни мёртв
за дверью в темном коридоре
стоит олег и мёртв и жив
сойдет и так сказал евгений
на глеба грозно посмотрев
глеб встал сошел на петроградской
не стал испытывать судьбу
айда в снежки с горы на санках
кричат ребята со двора
а я прикованный к галере
гребу стирая руки в кровь