ваще я парень добродушный
а то что вечно тычу фак
образования издержки
филфак
таня возражала
но сказала мать
надо значит будем
почку продавать
бегут за пушкиным скинхеды
поэт уверенно ушел
на двести лет вперед скинхедам
конечно не догнать ево
мальдивы прохрипела зоя
и страшно выпучив глаза
три раза глебу изменила
из за
когда аркадий без футболки
выходит вечером во двор
старушки крестятся увидев
собор
на третьи сутки медитаций
пропали борщ и голубцы
и потому тебе придётся
есть ци
глеб занимается разводом
коров овец гусей и кур
еще турусов на колесах
и дур
другой срывает с неба звёзды
и дарит щедрою рукой
а я то вешал их туда для
другой
я бог вчера я это понял
и в панике надел носки
ответственность то блин какая
и под ногтями грязно как
с чего вы решили что я в вас влюблюс
в тугие объятия кинус
я против вы за но ведь минус на плюс
минус
один егор не пах любовью
и незамеченным прошел
а нас кто только не обнюхал
не надкусил не облизал
на лбу у николая кнопка
нажмёшь и сразу же мозги
из жопы плавно выезжают
для техобслуживания
детей с рожденья обучаем
встречать приходы пиздеца
без неприличных выражений
лица
чем чорт не шутит нас спросили
экзаменаторы в аду
а мы молчим скрываем рёбра
и прячем седину бород
я проиграл войну за личность
и сдался в сумасшедший дом
и там лежу в своей палате
под белым флагом простыни
ты обаятельно курила
меж нами вспыхнула искра
мешая мне свою машину
запра
совсем не украшает даму
железной логики доспех
другое платьице приносит
успех
я обладаю телом мачо
давно утратившего прыть
все как то руки не доходят
зарыть
я прячу мёрзнущую осень
по толщь листвы и там усну
где на руках качает лето
весну
рекла ему о звёздных высях
воды словесной натекло
ты так ничё сказал зашить бы
рекло
по краю крыши не ходите
кто знает что там на краю
быть может я там одинокий
стою
я как то пил живое пиво
живет оно во мне с тех пор
взросло окрепло и женилось
и родило во мне детей
я каждый день напоминаю
себе что я женатый муж
и что жена блядей не любит
к тому ж
топи да болота
синий край небес
николай увидел
прежде чем исчез
я помню не хотел рождаться
но мне сказали в животе
условия для вырастанья
не те
трудовику сломал все рёбра
журнал не выпустив из рук
объект любви всех малолеток
физрук
спросила белка у поэта
ты видел изумруд вблизи
так на попробуй сам вот это
грызи
ничего от жизни
я уже не жду
в возрасте преклонном
на восьмом году
грустит олег грустит оксана
ведь лето вновь из разлучит
олега в армию увозят
оксану замуж заберут
всего два лишних килограмма
пыхтел обиженно утюг
и вот меня уже не взяли
на юг