за игорем следят спецслужбы
он это понял по тому
что никого нигде не видно
а это значит что следят
в театре одного вахтёра
огромно пусто и темно
вахтёр людей не пропускает
и наслаждается один
два некрасивых человека
сидят на лавочке вдвоём
сидят и смотрят друг на друга
а люди замедляют шаг
я подарю своей любимой
букет из пластиковых роз
как яркий и понятный символ
неувядающей любви
а где наш ямс а где свинина
жрецы мы или не жрецы
не смог повысить урожайность
жри ци
вошёл невидимый григорий
и лампу чёрную зажёг
и начал раздражать олега
невидимым присутствием
джип петра прекрасен
грубый и простой
николай подавлен
этой красотой
на полчаса б туда где мама
с балкона ужинать зовёт
где я в песочнице зарыла
фамильный перстень золотой
читай скорее третью строчку
там адрес мой и телефон
чё ты так медленно читаешь
я передумала уже
мой мир почти что пуст в нём ветер
в окно бросает мокрый снег
а в центре я стою и в осень
гляжу сквозь мутное стекло
я забыл как это
называется
то что в небе к лету
появляется
круговорот колёс вселенной
и перманентность бытия
на ум приходят лишь во время
бритья
огурчик водочки стаканчик
хрустящий со сметанкой груздь
а бонусом придут сомненье
и грусть
антон на надувном матрасе
как бох жывёт на теплотрассе
съев на дне рожденья
тортик от коллег
скромно но со вкусом
умирал олег
на ниццу накопить не сложно
перехожу на корм подножный
летом будет море
пальмы и атолл
новая картинка
на рабочий стол
опять с утра меня куснула
ну ты змея заметил муж
оксана мило улыбнулась
да уж
листок прилипший к жопе в бане
напомнил дольче о габбане
в траурной одежде
у вдовы разрез
да такой что даже
муж слегка воскрес
тарас григорьевич шевченко
родился на брегах днепра
а план отведать вкусной водки
в моей родился голове
рожденный ползать александыр
рожденному летать кузьме
обвился кольцами за шею
и регулирует полет
на берег вышли крокодилы
и всех кто был не крокодил
всех львов жирафов бегемотов
покрасили в зелёный цвет
я пары сносок не заметил
когда подписывал контракт
и вроде жив но убивает
сам факт
вся банда ельцина расселась
за стол с награбленной едой
кто хочет тост за юбиляра
стучит по рюмке топором
а кто у нас разбил шотландцев
ему шепнули вы милорд
и кромвель с гордостью закончил
кроссворд
мне ни к чему понты людские
сказал седой небритый бард
и сдал вторую ламборджини
в ламбард
мне грустно из под одеяла
вылазить утром в этот мир
от просьб навязчивых быть проще
становится сложнее жить
карету мне скорей карету
в неё шампанское и свету