олег петрович с чемоданом
крадётся в комнату жены
и вдруг кричит не ждали суки
на всякий случай в темноту
жёлтые ботинки
мокрые насквозь
росгидрометцентыр
солнце напрогнозь
олег в слона засунул руку
и ловко вытащил слона
засунул снова шарит шарит
но всё закончились слоны
медведь забрёл для пополненья
энергетических затрат
был разъярён но бригадиром
задрат
олег застукал алевтину
в момент соития с ильёй
как раз на самом видном месте
словарь эпитетов лежал
зухра включает телевизор
она боится за кита
который сел на мель в далекой
холодной северной реке
ужели я ошибся дверью
татьяна где же вы ау
да нет онегин не ошиблись
а у
на дне рождения у клары
шептал испуганно супруг
не оставляй меня надолго
сопрут
я встретился с самим собою
спустя десятки тысяч лет
я (он) такой невозмутимо
привет
по никодиму ходят мухи
и оставляют свой помёт
напоминая что он точно
не мёд
сейчас самсу купить непросто
она везде запрещена
и старики её рецепты
так неохотно продают
я всюду как в командировке
нездешней волею ведом
мне даже страшно что найдётся
мой дом
мелькают в ленте ежедневно
коты политика разврат
долой политику а кискам
я рад
три тысячи лет из бутылки прыжок
свобода анархия только
ты кто такой мальчик я павлик снежок
волька
снимать отказывался маску
но стала публика борзеть
и мистер икс теперь известен
как зет
жена с красивыми ногами
супруг с оленьими рогами
в бантик и в косички
вырядилась мать
снова у бабуси
буду ночевать
аркадий вставить пять копеек
спешит повсюду и везде
как будто у него есть личный
пятикопеечный завод
и не нужна была б зарплата
когда хватало бы бабла то
не знаю насчёт показать вам свой си
но есть первоклассные сиси
в поддержке работала но не писи
писи
пущай подпишуть понятые
шо руки были золотые
бросил не подумав
я отца и мать
кто же знал что пищу
надо покупать
семён прожил четыре года
потом ещё семнадцать лет
потом тринадцать с половиной
затем одиннадцать ещё
из экономии для дочек
везу лишь аленький цветочек
если любишь гена
просто отпусти
горло и не надо
так меня трясти
погадать решила
карты разложу
навигатор врёт мне
ясно и ежу
аркадий пролучил по роже
эмалированным ведром
с водой заряженной теплом и
добром
интересуется олегом
мужчина в шляпе и пальто
и руки сами против воли
вдруг потянулись за ножом
олег войны почти не помнит
не помнит голод этих дней
а помнит как на праздник мама
пекла с крапивой пирожки
не верю шепчет станиславский
ненастоящий дед мороз
и сразу ясно всем что мальчик
подрос