оксана распахнула окна
и в кухню ворвалась весна
весна которую так ждали
и приближали как могли
в мои глаза нырнул аркадий
а вынырнул из декольте
про океан любви вещая
рукой цепляясь за буйки
слыхали новый ресторанчик
открыт на пятой авеню
и музыканты там живые
в меню
знай живи и помни
больше не прощу
в красный угол дома
скалку размещу
плохое будет позабыто
когда откинете копыта
смешать а взбалтывать не надо
поскольку ежели взболтнуть
то я могу вам ненароком
сболтнуть
там были мышь лягушка зайка
ещё какие то зверьки
не боги вопщем обживали
горшки
пяточка носочек
с лямочкой штаны
в детсадах кадрили
ловко пацаны
май несёт с черемух
белый лепесток
и метелью душу
рвёт наискосок
сегодня смерть была мгновенной
обычно тянется она
как бесконечная резина
я к ней такой уже привык
парочку окошек
парочку витрин
всё перекокошил
я ж гардемарин
продираю глазки
снова день сурка
снова без колбаски
снова без сырка
очарование в улыбке
родных глазах и тоне фраз
найдя не веришь что бывает
и раз
под чёрными солнцами в серой стране
стою я сомненьями полон
и белый как снег тянет лапу ко мне
ворон
в стакане кофе желудёвый
в руках горячий чебурек
и солнце утреннее светит
под звон трамвая за окном
бог разместил хребет уральский
потом поправил сомали
и застегнув аляску смылся
с земли
я счастлив горд и всем доволен
как холодильник марки зил
но в перерывах между счастьем
периодически трясет
в канаве квакают лягушки
наверно принцы это факт
зовут оксану целоваться
для расколдовывания
в индии шаверма
до чего ж сочна
могут попадаться
косточки слона
упало счастье прямо с неба
все передрались почему
а потому что каждый думал
ему
за рекой за лесом
рос кудрявый клён
и какого ж беса
был тот клён спилён
безразличным взглядом
душу не трави
хочешь храм построю
спаса на любви
и зачем ты голой
вышла на проспект
ты же завуч школы
а ваще респект
наш домовой прокрастинатор
раз в год начальство даст пизды
и он затопит всю квартиру
а заодно и подожжет
гестапо окружило брехта
ты не писатель ты профан
теперь ты есть немного арис
тофан
от горькой правды отказались
во имя приторной брехни
и лжили счастливо и долго
они
небо не пустует
там живут мечты
о любви и счастье
сладкие как ты
май великолепен
круглый год бы май
хош сажай картошку
грядки хош копай
семён рассматривал оксану
как неизбежный компромисс
между отсутствием оксаны
и бесконечностью оксан
с тобою обрёл я семейный покой
мой быт перечёркнут вчерашний
и главное суд мне уже не такой
страшный