я краше всех жывущих ныне
и жывшых в городе потсдам
хотя с годами вероятно
подсдам
я килькой с хлебом наслаждаюсь
в тени холодных батарей
а ты в шампанском на канарах
старей
шарообразный анатолий
плывёт по вакууму вдаль
в глазах ушах и лобных долях
печаль
на якубовича похожа
стояла смерть в его двери
и на табло четыре буквы
у м р и
ирина светится от счастья
её свечения процесс
сопровождает хруст приборов
аэс
на дне рождения у глеба
народ орал живи до ста
а глеб немного поразмыслив
не стал
заладил фак ю фак ю фак ю
у нас нерусское ты чмо
таких конструкций знаешь сколько
мач мо
по трассе мчится черепаха
не то чтоб мчится но уже
в висках стучит и ускоренье
два же
бывает путаются мысли
и нет ответа на вопрос
на самом деле это корни
волос
тебе б отвлечься алевтина
займись физическим трудом
сходи в какой нибудь ближайший
роддом
по варсонофию не скажешь
когда его снедает гнев
он в гневе страшен но он страшен
и не в
послушай милый но без нервов
что если я для куражу
через полгода негритёнка
рожу
весна из теплых стран вернулся
на пляжи родины нудист
тёпл добр высок красив печален
мудист
в мозгу застряла пуля дура
и после извлечения
никто умней не стал ни пуля
ни я
неустановленные кони
несут ивана к полынье
а он кричит им чуть помедле
ннее
отведав яблок молодильных
я ждал тебя на берегу
и чёрт меня попутал крикнуть
агу
а помнишь детство выходные
и на экране дональд дак
и ты пока ещё не слишком
мудак
капризный самурай самсука
в бордель на острове хонсю
пришел и заявил с порога
хосю
я от отчаянья подалась
в стрип клуб для тех кому до ста
а там альцгеймер шлет авансы
с шеста
олег с оксаной в тонком мире
свершают меж собою брак
а в толстом мире почему то
никак
автоинспекторы в фуражках
собрались на посту гаи
и натирают жезлы пастой
гои
хотел сразить я вирус лени
ударом мощным со спины
но был снесён вторым ударом
волны
тут налицо симптомы смерти
три дня не дышит и гниёт
ни стрептоцид не помогает
ни йод
а как же тайна переписки
спросила я у яровой
уже никак мне отвечает
конвой
я не живу я существую
а ленин тот наоборот
и жил и будет жить и даже
живёт
калифорнийская ворона
смакует сыр под лисий вой
не долетевший до верхушек
секвойй
всю ночь читает хайку гейшам
в японском жутком кабаке
ну а потом с якудзой жарит
саке
оксана к старости махнула
рукой на подиум и шест
конешно не ахти поступок
но жест
олег от дерева познанья
вкусил немножечко добра
стоит жуёт осознавая
кора
круг лиц не то чтоб очень узок
иначе б это был овал
и кругом вряд ли кто его бы
назвал