глеб был фортуной бит нещадно
но сквозь десятки передряг
прошел сжимая зубы крепко
в кулак
хоть все твердят коль зла не хочешь
добра не делай никому
пойду и выловлю из речки
муму
хотя на вид вам девятнадцать
но я такую поищу
которой будет девятнадцать
на щуп
я состою из шоколада
и из говяжьего рагу
воскликнул ужин отдаваясь
врагу
я прямо с поезда к любимой
спешил попасть в такую рань
но как назло в окне сегодня
герань
нет я не удивлён нимало
что обвиняемый агност
но руку мне зачем сломал он
об нос т
кондрат кондратьевич кондратов
надел любимое трико
проверив есть ли на изнанке
три ко
шагает март и с ним в обнимку
весна в зелёном галифе
кто ж снегу твоему поверит
враль фе
олег на свадьбе каннибалов
сморозив полную фигню
молниеносно очутился
в меню
когда б на чортовом болоте
поймать семнадцать тухлых жаб
какая б с этого была б нам
маржа б
кот с зайцем солнечным на кухне
танцует страстный чачача
качая бёдрами и зычно
урча
титаник сварен свинчен склёпан
круиз прекрасно совершит
а этот мистер утверждает
что шит
так жарко будто в преисподней
сказал из под неё андрей
и сняв исподнее заёрзал
под ней
какая грустная лошадка
видать условия не те
в плюс сорок пять совсем не сладко
в пальте
а где то высоко наверно
есть параллельные миры
кусочки всех там есть и даже
зухры
вы как с картины боттичелли
но мне милее больше босх
он как то крепче зацепился
за мозг
там на известных всем дорожках
латает дыры печенег
смешав асфальтовую крошку
и снег
всё начиналось как обычно
ночь улица фонарь апте
и я стыдливо тычу пальцем
вон те
у ольги груди наливные
и локонов роскошных шёлк
но почему то глеб олегу
ушол к
за ваши фокусы товарищ
сидят буфетчик и кассир
кому товарищ а кому и
мессир
как дартаньян как лукашенко
как кошка как заправский сом
олег ощупывал пространство
усом
у стоматологов есть метод
путём давления на нерв
приумножать материальный
резерв
а это что за бочка ватсон
не видно надпись при луне
поближе спичку поднесите
огне
могу мутить одновременно
с пятью шестью или семью
но как же хочется порою
семью
на исторической чужбине
от исторической родни
для нас с тобой ахмед проблемы
одни
под эволюции давленьем
с высокой пальмы слез примат
и изобрел бумагу порох
и мат
когда мы были молодыми
определённо мир был наш
теперь наш мир определённый
метраж
в нас целый космос где тарелка
заправь два литра и в полёт
и встретит стрелка нас и белка
придёт
оставив кафедру профессор
уехал слушать моря шум
давно просила мама взяться
за ум
кладу в большой рюкзак гантелю
и молча ухожу в закат
гантеленосен и большерюк
закат