я все жестокие режимы
стремясь свободу обрести
переживал в режиме жимо
лости
когда на русь идут татары
в той сцене где летят мозги
немного не хватает тары
бас ги
ах вы берёзушки осинки
рябинки липы тополя
брожу меж вас раскинув руки
валя
мы только прану загалдели
благочестивые отцы
а у самих брыли лоснятся
от ци
уже без трёх и вслед за туфлей
чулки и платье на ступень
а этот у дверей упёрся
как пень
древнеет грек в руках корона
и телеса его мокры
народ я кажется чево то
открыл
идей безумных столкновенье
в шальной но тесной голове
её внезапно раскололо
на две
я на ристалище собрал вас
проверить выправку и стать
ну что же господа начнёмте
ристать
прижав меня спиною к дубу
ко мне крадется злая рысь
и вдруг в охотничью ловушку
еблысь
всего осталось между нами
каких то жалких двести лье
сказало злобное цунами
илье
в лесу осеннем белый сеттер
ложится в жёлтую траву
и руку лижет тихо тихо
нову
как повар я был близок к краху
когда добавил в щи крахмал
но так как все три дня не ели
крах мал
мы оказались совместимы
по широте и долготе
а в остальном координаты
не те
и вновь от сильной боли плачу
не оттого что вечер томн
а оттого что вечер этот
фантомн
на слёте молодых лингвистов
такая гладь такая тишь
и вдруг оксана произносит
хотишь
влюбился в донну эсмеральду
один посредственный горбун
а у неё других горбатых
табун
куда спросила иванова
они ответили туда
кто вы спросила иванова
года
за скоммунизженные вещи
ответственности не несём
стоим и испокон стояли
на сём
оксана видит что олегу
не очень нравится салат
и раскрывает главный козырь
халат
когда работа задолбала
не спорь не парься и не злись
обняв начальство на прощанье
съебись
лимона съев большую дольку
лицо в порядок приведу
а то все чё то улыбаюсь
и жду
седой и мудрый венеролог
сказал спокойно не дрожи
соврём любимому что это
дрожжи
хозяйка разве ж это ктулху
обычный мать его дагон
сантехник смыл и кинул втулку
вдогон
ты тся и ться не различала
и научил тебя я тса
теперь ты умнитса тсаритса
овтса
над домом утки пролетают
барон хватает карабин
а так надеялись добраться
в пекин
вмиг избавляешься от скуки
печали грусти и тоски
когда волнением охвачен
морским
амур хитёр заманит жертву
курортным раем в шалаше
и улетит оставив дырку
в душе
с высот голанских вид открылся
израиль сирия ирак
и восхищённо свистнул грека
и рак
наполеон батый и ленин
решали пиво или спорт
и бонапарт сказал мне пофиг
я торт
спросил у ясеня у пихты
у кошки тыквы окуней
все кроме друга рассказали
о ней