стирались зубы и суставы
день ото дня дряхлела плоть
и только шило продолжало
колоть
не может стас остановиться
читая чехова взахлёб
жену вчера из за каштанки
не ёб
когда увёл чужое судно
себе под койку дед игнат
его прозвали сомалийский
пират
у нас больной из петербурга
ему в историю пиши
сквозной хронический поребрик
души
ты не пришёл на нашу встречу
ну что ж наверное не смог
леплю с любовью куклу вуду
без ног
а вдруг пустые это бредни
что в чьё то тело я войду
душа в преджизненном шептала
бреду
влюбляясь в баб антоша чехов
строчил им письма сгоряча
но те не понимали почерк
врача
мы все летать умели в детстве
без крыл и взлётной полосы
и не стесняло что в горошек
трусы
вот стих о том как подполковник
увидел маршала и скис
но это так сказать набросок
эскиз
он ставит галочки напротив
грачей тепла дождя говна
внизу страницы подтверждает
весна
оксана прячет под паркетом
портрет ивана ильича
олег идёт любовь оксаны
топча
как только встретила сергея
то как-то сразу поняла
что все четыре года с павлом
спала
енот опоссум ёж и белка
выходят на тропу войны
а тропы все заасфальтиро
ваны
вшивая вместо сердца почку
сказал с улыбкою хирург
«конечно так он жить не будет
но вдруг»
расстались глупо и обоим
судьбой засчитано туше
лишь на спине следы и шрамы
в душе
увидев в море белый парус
ассоль тогда увы и ах
ещё о розовых не знала
очках
цель по захвату сердца ольги
аркадий ставил наобум
но по итогу судя взялся
за ум
играя колобка аркадий
был голосист румян и смел
и станиславский так поверил
что съел
ты интроверт я понимаю
но веселей гулять вдвоём
снег шепчет сделку заключая
с дождём
в зловещей тьме под жуткий скрежет
терзаю нежные тела
но вообще я просто душка
раскла
своей неведомой зверушкой
царя сперва я ввергла в шок
потом одумалась и сбрила
пушок
I will степенно начал арнольд
давать обет вступая в брак
но по привычке закруглился
be back
узнал сегодня от старухи
что я неюный голубой
короче рыбка по корыту
отбой
плетень проломлен крыша набок
печной растрескался заслон
и что ж там с горочки спустился
за слон
кондрат кондратьевич придумал
лечить осиной синусит
уже три года не чихает
висит
всё ходит чичиков с тетрадкой
на этом свете и на том
а душ никак не наберётся
на том
я вам иешуа не верю
я верю в магию борща
чей цвет сродни моей изнанке
плаща
мы давеча с богатырями
курнули беломора но
он на поверку оказался
черно
я лезу в спальню к сурикатам
они кричат цурюк цурюк
а у самих глаза размером
с урюк
плюясь и шаркая лаптями
ходок выходит из кремля
и говорит сюда я больше
не я