не знаю как другие семьи
а нам уклад последних лет
принёс озоновые дыры
в бюджет
пять пограничных состояний
в шкафу висели на виду
но я не парюсь в повседневном
бреду
аркадия изольда львовна
так бурно прогоняет прочь
чтоб понял гад она сегодня
не прочь
холмс разложил рядами папки
и ходит около стола
поочерёдно раскрывая
дела
по пляжу голая девица
опять прошла наискосок
а мне уже не лезет в горло
песок
оксана ждёт давно готова
кричит во тьме мон шер мон шер
а николай уже целует
торшер
ты разбудил меня спасибо
но быть женой солить грибы
иди ищи себе другие
гробы
вы несомненно местный житель
и кажется тупое чмо
однако всё же поможите
чем мо
кук кончился который джеймс был
тут бац кусто который жак
в гидрокостюме но хотя бы
свежак
занемогли вы так некстати
совсем испортив эту ночь
вы не могли бы по другому
не мочь
на автотранспорте на личном
сам от себя не убежишь
неважно красный мазерати
беж иж
мы ехали гуськом по полю
на жеребцах донских пока
у нас цыгане не украли
гуська
ной безо всяких проволочек
разбитый бурями ковчег
мог починить посредством прово
лочек
поверьте мне сказал аркадий
несложно нарезать круги
когда одна нога короче
других
миссионер кричал что все мы
сгорим в каком-то там аду
и грозно требовал зарыть там
аду
тыж инфекционист аркадий
что значит ненавижу гной
не гоношись давай ещё по
одной
мой муж родился в ярославле
мечтал о балах и дворцах
но не судьба ведь ярославлю
берцах
тэ восемьсот поправил челюсть
и говорит запомни кайл
добро должно быть с кулаками
без кайл
накрытый тьмой пришедшей с моря
ни за понюшку табаку
пропал величественный город
баку
в театре зрители рыдают
уткнувшись в ткань соседских спин
в партер пустили дибензокса
зепин
прощай проказница помелла
твоей омелы помело
любви моей остатки смело
смело
распят на пяльцах в доме моды
иван арсеньевич лоран
торчат иголки и булавки
из ран
сперва как рыба блюдце сердце
и только после околев
я понял надо было биться
как лев
пришла трясет пожухлой сиськой
кричит я мать детей твоих
а я вапще впервые вижу
всех их
безынтернетное пространство
обволокло со всех сторон
ночь огоньки две проводницы
перрон
к её изгибам интегралов
и к прямоте гипотенуз
к её упругости парабол
тянусь
я ж не в ругательном контексте
уподоблял тебя ослу
да ты дослушай да дослушай
дослу
геннадий нечленораздельно
в поту холодном и в бреду
кричит мол я всех вас преждаю
преду
какая страстная бачата
наверно от таких бачат
уже немало кто на свете
зачат
пингвин проходит мимо загса
и внутренне сжимается
здесь окольцовывали деда
отца