халатно отношусь к работе
в летах порой слегка помят
сажусь как только есть возможность
халат
я знал что на велосипеде
эльбрус вдвоём не одолеть
но ты сильнее налегала
на плеть
старик завёл свою пластинку
василий что ж ты учинил
и слушал кот пока тот старый
винил
скажите доктор почему я
слова не договарива
не беспокойтесь это с каждым
быва
всегда бы было ах! и ух ты!
но скоротечен век утех
и мне совсем чуть чуть осталось
до эх...
о смысле жизни глеб и ольга
могли бы спорить до утра
но победила первобытность
нутра
а где же мерседес и деньги
понаписал романов тьму
жена пристала к александру
дюму
чиновник жрал и жрёт в три горла
и пил и пьёт рабочий класс
а кремль рубинами краснеет
за нас
ну што васильиваныч жахнем
по нашим классовым врагам
вот прям отседа с ентих самых
багам
директор с юной секретаршей
спалили склад позавчера
когда меж ними проскочила
искра
вот ваш читатель не родился
а мне и горько и смешно
что мой читатель просто умер
давно
казаки всех княжон персидских
прогнали с глаз долой из бань
а что поделаешь не волга
кубань
и мушкетёры и гвардейцы
смешались все в один клубок
и ни мерси уже не слышно
ни бок
олег медляк танцуя с дамой
был так застенчив и несмел
что даже мысленно потрогать
не смел
мне в детстве часто говорили
когда я кушал будерброт
андреас дас ист тридцать третий
майн готт
чтоб улыбнулась мне оксана
руки коснулась хоть на миг
принёс в ладонях горсть изюма
и фиг
погиб в финале буратино
лежит присыпанный корой
и тут выходит буратино
второй
смотрю я на измены мужа
сквозь пальцы не как на врага
а как на жертву сквозь его же
рога
на дне рождения у клары
шептал испуганно супруг
не оставляй меня надолго
сопрут
возможно в параллельном мире
ещё евгений не зачат
а в нашем год уже как нянчит
внучат
двенадцать лучших проституток
на демонстрацию идут
а остальные приналягут
на труд
я в чистом поле рухнул в травы
коснувшись облака рукой
и окунулся сразу в вечный
покой
той ночью девять раз оксана
олегу делала минет
а он подумал девять женщин
нонет
сейчас тут можно на вершину
забраться и поставить крест
а раньше здесь была равнина
и пресс
майор сверлил тяжёлым взглядом
из под нахмуренных бровей
но мы никак не становились
бравей
свисают языки из снега
с наклонных крыш и издали
напоминают мне картины
дали
я байкер я не разуваюсь
брутален и в манерах туг
сказал бугай следы оставив
от угг
искали глобус под обои
но ничего в продаже нет
чтоб подходило под фактуру
и цвет
орёт кащей от острой боли
и жизнь вдруг стала не мила
заныла и зашевелилась
игла
вован схватил за хвост удачу
не вылезает из кариб
а я позавчера по морде
и грипп