в углу старинного поместья
где неприметная стена
дали углём рисует галу
стяна
у строгой бабушки аглаи
подарки не для всех внучат
а только тем кто с разрешенья
зачат
когда меня диван и книжку
соединяет непогодь
ты тучи разводить руками
погодь
на папу карло в смысле внуков
надежд не стоит возлагать
он стар и больше не желает
стругать
я вырубаю телевизор
жена визжит у тёщи криз
смотрю спектакль провинциальных
актрис
полковнику никто не пишет
полковник курит в тишине
и пишет сам вы чё не пиши
те мне
вы не потерпите до завтра
у доктора сегодня вых
одной у вас всего то два но
жевых
мост от меня к тебе шатался
горел и узок был к тому ж
но я дополз от не танцую
до муж
к шести решение созрело
я к холодильнику бегом
сама себе сегодня буду
врагом
степан бросает в речку мячик
собачку невод и кусто
не то кричат ему казаки
не то
в преддверьи новогодней ночи
хочу вам пожелать друзья
чтоб стало можно всё что раньше
нельзя
небрит немыт геолог ищет
месторождение угля
четвёртый месяц днём и ночью
гугля
раскольников любил шарады
но понял с некоторых пор
что лучшая головоломка
топор
бывает человек достигнет
культурных и других слоёв
и вот уже не замечает
краёв
состав гружёный колобками
пускает винни под откос
войну с мучным воспринимая
всерьёз
легко любить на расстояньи
когда нет мелочных обид
когда ни дети не мешают
ни быт
нет нет ты что я рад родная
ходи всё время неглиже
да я почти не заикаюсь
уже
зарядку делает мой город
его движения просты
он поднимает к небу руки
мосты
мы кузнецы и дух наш молод
мы рано засветло встаем
и лихо машем молотком и
куём
ну вот созрел я для женитьбы
в душе почувствовав весну
теперь ещё бы оживить бы
жену
мне трудно жить с двумя отцами
сводить приходится опять
свои счета концы с концами
и бать
как упоительны в россии
обеды утры вечера
пока в бокале пузырится
икра
поскольку пробам и ошибкам
вы предпочли гранёный штык
пора признать антинаучным
ваш тык
месье я только из гаскони
верхом на газовом коне
куды тут у париж скажите
мине
открой мне двери валентина
ведь я же всё ещё твой брат
хоть я из труб и шестерёнок
собрат
одной рукой держась за груди
другой за пах уставший мим
показывать пытался людям
мейнстрим
любвеобильный гуманоид
ласкает щупальцем зухру
в ноздрю откладывает страстно
икру
меня неспешно окружали
два мертвяка упырь и лич
а впереди лукаво щурясь
ильич
шелка волос и бархат кожи
две три жемчужины зубов
кладу сокровища в шкатулки
гробов
бульдог сбежал оставив маме
на память отпечаток лап
а всплыл уже внезапно в каме
ди клаб