ползёшь себя не помня к цели
с похмелья охлаждённый тан
твоя сирена холодильник
титан
мои враги уже на небе
а я всё жду на берегу
беречь бы нервы но я не бе
регу
сто лет назад от нас из наса
сбежал разумный ананас
и он уже ни нас не помнит
ни нас
оксану радуя повторно
путёвку окупив сполна
лизнула прям туда где надо
волна
той абрикосовой наливки
стаканчик мне накапай дусь
потом ещё по виноградной
пройдусь
аркадий возле женской бани
стоял часами у окна
а в полшестого забирала
жена
олег всегда считал что совы
довольно тихие а зря
взглянул в дупло и вдруг оттуда
пряздря
борису львовичу не дали
добро на выезд из страны
поплачь сказали у кремлёвской
стены
глеб на ресепшене включает
одну из множества харизм
но каждый раз его подводит
харизм
студент искал рецепт попроще
но только чтоб наверняка
и сразу шмяк топор и в кашу
башка
с трудом олега отпускали
не то чтоб он незаменим
а просто всё всегда ржавело
за ним
я декламировал вам блока
в душе надеясь на роман
взглянул на вас и понял глухо
нема
алсу теперь министр культуры
и всем поэтам образец
на землю тихо опустился
зима
произошёл от обезьяны
аркадий полчаса назад
а обезьяны испугались
визжат
закат улитка фудзияма
ну вот пожалуй и усё
осталось только подписаться
когда б имел златые горы
и реки полные вина
тогда б ты дура куковала
одна
над местом где тонул геннадий
оксана каждый год скорбит
кидая в воду из кармана
карбид
валки пазорныя валки вы
кричал в подсобке николай
животные стыдясь срывались
на лай
ещё раневская фаина
была весьма удивлена
удельной долей в человеке
говна
вы всё чего то говорите
а я напротив глух и нем
макаю блинчики в сметанку
и ем
живут же жены беззаботно
в гареме гордого паши
а тут всю жизнь на трёх работах
паши
в своей квартире холостяцкой
семен не ведает тоски
с ним каждый день играют в прятки
носки
сгорает лето отпуская
нас из объятий жарких в мир
где не настолько актуален
пломбир
борьба внутри у человека
какой то чёрно белый спорт
то ангел брошен на лопатки
то чёрт
меня в прекрасное далёко
не приглашай и не вези
оно подчас не так прекрасно
вблизи
мадам вы склонны к ожиренью
и так чудовищно толсты
что даже к рубенсу не влезли б
в холсты
она умна стройна красива
но страстью к ней я не обьят
ведь я на ней так получилось
женат
олег пройдя три круга ада
по супермаркету с женой
вдруг зарыдал и запросился
домой
за партой мы сидели с танькой
она писала ты дурак
лет через десять только понял
всё так
какая нежная снежинка
на свете нет второй такой
и я до слёз её погладил
рукой