нам жизнь дарована однажды
а мы горой скупаем хлам
и существуем в промежутках
реклам
домой скорее к внукам к деткам
в объятия родной жены
назад смотать бы километры
войны
твой взмах ресницами небрежный
был в направлении меня
я тут же ветром унесен в е
беня
купалы праздник полнолунье
танцуют девушки даб степ
и напевают степь кругом мол
да степь
геолог обнаружыл жылу
окаменелого борща
и отоща бредёт кусочек
таща
день улица зашол в аптеку
не веря собственным глазам
ведь улица то не простая
сезам
под абрикосовою рощей
давай зароем всех врагов
распять бы всех да нам не хватит
голгоф
когда закончились поленья
в костре под тушею вола
артур поотпилил углы у
стола
с индейцами всё сложно билли
но мы не жгли их на костре
а только потихоньку били
истре
кто всех сильней в игре престолов?
дык полагаю ходоки!
дык сила в чом? дык в том что ходят!
дык и?
любовь к тебе сквозь дни и годы
я в сердце бережно носил
но не сдержался и потратил
на сингл
крутила фарш и незаметно
втянулась в это дело вся
хотя планировала только
лося
к жене заходит князь под вечер
в кольчуге шлеме и с мечом
а там в опочивальне вече
в ничом
хочу красивые наряды
и веселиться на балу
жаль только ваня не пускает
стрелу
ваш тост конечно бесподобен
хоть я признаться глуховат
но и по паузе понятно
за мхат
кричит красотка молодая
ты что совсем мозги пропил
но кио молча углубляет
пропил
когда в твоих руках игрушки
теряю над собой контроль
и ты мне нравишься всё больше
и боль
ну заменил песок на воду
в часах песочных я и чё
а как ещё узнать что время
течёт
три гардероба у венеры
и платья просто обалдеть
а вечно жалуется нечем
надеть
ушли тревоги сожаленья
вокруг природы ренессанс
какое чудное мгновенье
аванс
идут букетики на ножках
и я такого же веду
ещё вчера он рос беспечно
в саду
простимте этого бандита
вина отчасти на семье
он был зачат на подсудимых
скамье
влюбился написал признался
стеснялся думал пригласил
прождал промучился нажрался
забил
под фон цыганского романса
сергей сергеич под хмелём
ларису балует мохнатым
шмелём
желаю беспокойной ночи
и несчастливого пути
и незабудь при этом на хер
пойти
проходит жызнь стареет рожа
устал свистеть на горке рак
а я смеюсь а я все тот же
дурак
чтоб в человека превратиться
из обезьяны хоть на треть
пришлось аркадию неделю
трезветь
пришла пора она влюбилась
в олега глеба и петра
как неразборчива порою
пора
морская синь до горизонта
в стакане тёплое вино
как жаль что рядышком в шезлонге
бревно
ты тот при ком не стыдно пукнуть
ты тот чей смех не просто звук
при ком шутить могу свободно
ты друг