среди троллейбусных билетов
счастливых нет ни одного
а по краям у них заметны
следы кондукторских зубов
молниеносная карьера
студент заочник аспирант
доцент профессор академик
полбанки пепла серый дым
настройщик бубнов не приехал
четвертый день метёт метель
шаман бессилен злые духи
пораспоясались совсем
смеются люди что аркадий
в коробке из картона спит
смеются и идут с работы
в коробках из бетона спать
все худшее уже случилось
я ем огромный бутерброд
в уютной полутьме плацкарта
ночного поезда на тверь
я разложил своё богатство
на перехода грязный пол
а мимо ноги ноги ноги
тудасюда тудасюда
сальери вы перестарались
тут слишком много ноты соль
вот предыдущая соната
та перереена была
олег немытый толстый палец
засунул в правую ноздрю
затем всю руку ноги тело
и полностью в ноздре исчез
такси у кладбища свободны
они кого то привезли
и ждут уже вторые сутки
не возвращается никто
олег оксану бьет об стену
давай оксана не молчи
молчит оксана и не дышит
и кровь течет по волосам
оксана безупречна в сексе
там где не выручил талант
она взяла своё хорошей
организацией труда
олег лепил из пластелина
свой город офис и рубли
и там расплачивался ими
за электричество и газ
ты там в заснеженной палатке
я не могу тебя согреть
и только шире открываю
из солидарности окно
я становлюсь сентиментальным
особенно по мелочам
вчера увидел двух щеночков
и целый день не мог стрелять
тактильный голод заставляет
обнять подушку номер два
еще немного одеяла
и долго думать о тебе
а здесь в гробу довольно тихо
довольно скучно и темно
довольно холодно довольно
довольно хватит не хочу
мне на секунду показалось
что солнце за моей спиной
и тень моя на миг сгустилась
и растянулась по земле
чему же сказки нас научат
чтоб победить разбей яйцо
родишь детей утопят в бочке
попил из лужи ты козёл
вселенная одномоментна
неизменяема тверда
черна кругла а человек как
игла проигрывателя
фашысты встретили фашыста
и говорят ему фашыст
а он им сами вы фашысты
а те не знают што сказать
зачем горбатый эсмеральду
зачем немой свою муму
зачем чернявый дездемону
неушто все из за любви
как провожают зинаиду
совсем не так как зульфию
с еловым лапником блинами
чтоб не вернулась никогда
цыганки яркою толпою
поют и пляшут вкруг меня
но прочитав мои ладони
рыдая убегают прочь
теперь узнав тебя поближе
свою собаку никогда
ни разу в жизни понимаешь
я сукою не назову
куку любимая я дома
ты чо кукуешь идиот
кукушка дятлу не товарищ
туктук любимая туктук
меня придумали евреи
в пятьсот тринадцатом году
а сотворили папа с мамой
по их старинным чертежам
я женщина на грани срыва
ну где же мой альмадавар
ведь пропадает столько боли
и некому запечатлеть
он дочитал свой стих до точки
и замолчал и слышно как
ползет мурашками по коже
его последняя строка
ты посмотри какая гадость
как мерзко ползает пищит
как отвратительно воняет
хочу такую же себе
а помнишь как ты на площадке
стихи читала мне в лицо
а я забыв платок в квартире
лишь утирался рукавом