георгий к зеркалу подходит
и давит прыщик на груди
какая боль как много крови
наверно это был сосок
стоит навальный грустно курит
а мимо на броневике
весёлый выпивший медведев
проехал с табором цыган
молчала ольга а геннадий
неспешно погружался в грунт
и вот уже одна макушка
торчит над палою листвой
мы пили списанную водку
чтоб освежить ее запас
который мы храним под пультом
на случай ядерной зимы
глеб променял свою свободу
на борщ по вторникам в обед
на торт по праздникам на сына
на секс раз в месяц на кредит
страшней всего когда бумага
стабилизатор консервант
красители но нет свинины
и ничего святого нет
на именины смерти дарят
огромный чёрный каравай
и те кого она полюбит
в нем остаются навсегда
я написал письмо оксане
оксана написала мне
я написал ещё оксана
опять мне отвечает блять
у алексея восемь яблок
у тани пять у оли два
а петя убегал последним
у пети вместо яблок соль
зачем нам в ухе молоточек
чтоб им могли мы высекать
из длинных фраз пустой породы
алмазы правды и любви
он умер и никто не понял
кого ж он всё таки любил
оксана думала оксану
пельмени думали что их
я шла домой гляжу мужчина
и забрала его себе
для дружбы преданной и секса
и чтобы мужу помогал
анальный сэкс не любит таня
с пятнадцати неполных лет
но в комсомол вступить хотелось
и от подруг отстать нельзя
а помнишь жизнь до валентинок
никто не знал в кого влюблён
и эта неопределённость
определённо мне милей
бывало роешься на свалке
вдруг бац и новое пальто
и ты приличным человеком
выходишь вечером гулять
когда у пушкина дуэли
наталья прячет пистолет
друзья кудахчут саша саша
и держат за руки ево
а между нами чашка чая
и больше чашек в доме нет
и чая больше нет и ясно
что кто то должен уходить
я очень плохо понимаю
любой художественный текст
и быстро путаюсь в героях
когда их больше одного
аркадий ел на кухне кашу
и постепенно всю доел
аркадий все что начинает
всегда доводит до конца
между системами счислений
идет суровая война
за нас кальмары крабы раки
за осьминогов пауки
когда в последней трети лета
в россии кончится зима
крестьянин лыжи зачехляет
и достает велосипед
илья был взят живым на небо
всего на несколько минут
он там успел поднять локалку
и термопасту поменять
старушка прямо с сенокоса
зашла сыночка повидать
ну кто же знал что в той палате
такие мнительные все
лежит говно на тротуаре
и размышляет о любви
и строки нежные внезапно
рождаются внутри говна
олег работает в газпроме
и вроде жаловаться грех
но чтож тогда нога олега
трясёццо мелко под столом
я вся горю сказала зоя
а вот и нет ответил глеб
и перечислил части тела
совсем лишенные огня
технологическая жидкость
у каждой женщины своя
у проститутки это семя
у секретарши это чай
она глядела днями в небо
и ждала алый парашют
к ней на котором приземлится
жених с наколкой вэдэвэ
хотел назвать оксану сукой
но так как был палеолит
сперва пришлось для этой цели
степного волка приручать
две половины человека
не собираются в одну
не от любви не от разлуки
а просто обе левые