рулон бумаги в туалете
напоминает мою жызнь
ее я каждый день сминаю
и отправляю в никуда
я шла по городу и тучи
летели стаей над землей
на скорости примерно равной
в нас темный врезался подъезд
оксана портится как рыба
вдруг начинает с головы
глаза на выкате губами
хватает воздух бред несет
чтоб не привязываться сильно
к жестоким людям константин
использует систему слабых
и незатейливых узлов
в углу вольера в зоопарке
сидит согнувшись шимпанзе
такой несчастный и печальный
уже почти как человек
бегу бегу раскинув руки
по длинной взлётной полосе
но изза камушка в ботинке
не оторваться от земли
я танцевал как заведённый
как никогда не танцевал
почти минуту но охрана
мне не дала дотанцевать
схватилась мокрыми руками
за оголённый проводок
и не могу остановиться
и перестать его держать
я стоматологом хотел бы
работать по ночам в лесу
и ставить всем бобрам коронки
и дупла белкам залеплять
седой рыбак забросил солнце
в холодный плен бездонных вод
и на крючке его забилась
тяжелым телом рыба ночь
сказали пить нельзя валере
врачи давно но я налил
гуляли вместе до утра мы
а утром странно умер я
захар купил себе кобылу
но не поставил плуг и плэй
теперь кобыла не играет
и плуг не тащит за собой
олег пришел к екатерине
глядит а силы уж не те
чтоб эротических фантазий
сдержать бессовестный напор
я гинекологу доверю
роджение своих детей
она наверняка сумеет
она ведь профессионал
олег идёт по вертикали
и понимает что теперь
одной лишь нобелевкой суки
вам не отделаться уже
для выхода в закрытый космос
введите имя и пароль
и дополнительно шесть цифыр
полученных по эсэмэс
возьмем условного жирафа
и поместим его туда
где после ряда прошлых действий
лежат олег и бегемот
анастасия волочкова
своими доблестными па
двух неизвестных отпинала
переодетых в лебедей
в ветеринарную больницу
приносят загнанный рояль
шаинский шепчет пристрелите
не поднимается рука
геннадий не любил жениться
и мышьяком травил невест
те в муках корчились и дохли
под мендельсона гадкий марш
я опоздав пришла к десерту
и выпив парочку штрафных
присела сразу после тоста
румяной вишенкой на торт
ноябрь костлявой веткой клёна
уже стучит в моё окно
а на часах седая осень
и без пяти минут зима
осама тысячами гурий
в раю арабском окружён
обама смотрит в белом доме
на секретарши жирный зад
а звать тебя я буду шерлок
мы будем жить на бейкер-стрит
и никаких мне миссис хадсон
и всяких прочих докторов
в вагон уверенно заходит
вооружонный человек
и остановку об являет
на незнакомом языке
а у меня ведь тоже плечи
и тоже серые глаза
но николай все время пишет
свои стихи о зульфие
давай на посошок по сексу
среди несобранных вещей
твой чемодан ещё успеем
собрать когда придёт такси
меня ничто не раздражает
уже четвёртый день подряд
и я билет на петросяна
иду скорее покупать
нет ты красивая не думай
что я ушел из за ушей
что волочились по паркету
и вальс мешали танцевать
на цокот каблучков гузели
олегов внутренний гепард
проснулся и к броску готовясь
играет кончиком хвоста