у лета большей нет печали
чем ожиданье сентября
холмс кто там воет на болотах
в такую дьявольскую ночь
да кто угодно даже сам я
не прочь
когда вели когда раздели
и привязали он молчал
и пуговицу как конфету
катал тихонько языком
пока ты спишь приходит тихо
к тебе подглядывать в окно
в ночи развешивая звёзды
почти забытая весна
я сверхспособности имею
бешу на расстоянии
с мечтой о бурной ночи вынув
из саквояжа капитал
ильич надежду в ресторане
питал
клиент хотел зажать наличность
и я на личность перешёл
ко мне подходят три коровы
но я то помню как поэт
их быть должно на тридцать больше
стихи удои всё ушло
на куликовом поле брани
хвалились матом кулики
мальвин какие алименты
один сучок в полене рос
и экспертиза показала
он нос
оксана знает что отрава
немного горькая на вкус
а как же перец и корица
а как же соль и базилик
генетик николай работал
за сорок лет он смог создать
инбридингом сороконожек
устойчивый сорокочлен
зима не просто уходила
а по пластунски уползла
туда где трут спиной медведи
ось зла
иван был жениться готов на любой
не зря под покровом хиджаба
искусно подложенной хитрой судьбой
жабы
давайте жить геометрично
чтоб сумма жизненных углов
была заранее известна
и одинакова для всех
максим был гомосексуалист
усат пружинист мускулист
а фёдор был перипатетик
неравнобок и импотент
с чего взяла ты что молитву
у алтаря произнесём
давай пожмём друг другу руки
и всё
на женский день оксана купит
коробку лучших ассорти
подпишет мамочке от пети
и не откроет без гостей
повсюду клетки клетки клетки
тебе примерно пять и ты
ещё не знаешь что скрывают
килты
нормандия отлив воняет
ты морщишь нос на фоне дюн
альбом захлопнул и на кухню
фондю вчерашнее доесть
наколи мне кольщик
отблагодарю
ржавый ледокольчик
плыть по декабрю
я во вселенной параллельной
с одной ногой и головой
там этих органов хватает
с лихвой
в окно зураба церетели
стучится раненый арбуз
к нам приближается октябырь
увековечь меня зураб
хотела к богу обратиться
а он аккаунт удалил
китайский негр универсален
он любит рис танцует рэп
и както очень по китайски
играет в пляжный баскетбол
из всей японии мы знали
о боге и городовом
олег не спрашивает ольгу
откуда эти сапоги
а в тапочках ушли любимых
враги
упорно саморазвиваюсь
пою рисую гнусь дугой
а жизни смысл опять упёрся
к другой
ура мы ломим гнутся шведы
и вот как битвы апогей
они бегут из всех окрестных
икей
олег про пушкина подумал
не в смысле жизнь стихи дуэль
а просто так подумал пушкин
не про поэта вообще