никогда ты слышишь
не переставай
ждать любви застрявший
на путях трамвай
шёл бычок качаясь
и упал с доски
для скотины пьяной
доски коротки
был курносым славным
мальчуганом но
время злой художник
портит полотно
загоняли ольгу
в клетку пледа в глубь
осень с вечной серью
и людская глупь
редкие снежинки
тают на губах
мы с тобой на разных
вековых дубах
страшная ты баба
или ми ми ми
главное исправно
мужика корми
к чёрту белый трюфель
синие сыры
мне б обычной красной
кижуча икры
пара килограммов
водки из сельпо
и уже не страшен
эдгар аллан по
парижанке ночью
я курлык курлык
и уже иначе
чувствую язык
скучно в эрмитаже
молодому пню
очень много краски
слишком мало ню
тёща сквернословит
с ночи до утра
а потом в озоне
чёрная дыра
чем журавыль в небе
лучше кот в руках
на груди на пузе
и ещё в ногах
я готов не только
целовать песок
уровень гормонов
очень уж высок
кудри накрутила
брови подвела
я такой красивой
сроду не была
золушка вот счастье
стала ты женой
перегладь камзолы
и полы помой
баночка тушёнки
пачка макарон
ужынаю нынче
прямо как барон
вопреки сюжету
конь в пуховике
патамушта любит
бегать налегке
лось несётся лесом
за верстой верста
рассказать кукушке
сколько ей оста
на вопрос что будет
вечным под луной
снег мне отвечает
громкой тишиной
к старости не каждый
человек готов
любе вот осталось
тридцать семь котов
старая ворона
глупой не была
только с толку сбили
лисьи бла бла бла
а вот то что ёлке
холодно зимой
никакой не повод
брать её домой
написала имя
летом на коре
и оно зияет
раной в декабре
у меня пальтишко
жаль не модное
а вот настроенье
новогодное
белеет парус одинокий
в тумане моря голубом
нет это просто показалось
в реанимации темно
счастье в личной жизни
будет у тово
кто хоть раз коснётся
посоха мово
про папу карло его мама
обычно говорила он
старалась взглядом не встречаться
и часто трогала себя
в огненнолошадный
чтобы год свезло
знай огнеупорным
быть должно седло
любимой женщиной отныне
меня пожалуй не зови
я не имею доказательств
любви
в новый год не зная
что там впереди
ты не сомневайся
лошадью ходи