ты вся вошла и притаилась
в заветных комнатах души
стоишь в углу и надрываешь
обои тонкой полосой
когда желание остаться
равно желанию уйти
я продолжаю оставаться
в пути
семён решил самоубиться
но выбрать день не мог никак
то падал рубль то снег не падал
не до семёна было всем
в костюме гаги леди гага
о нет не просто голышом
одета в собственную кожу
но только задом наперёд
седая мама космонавта
с улыбкой гладит по спине
опять сынишка извозился
в луне
седая мама ждёт у двери
сегодня к нам придут волхвы
они заказаны на вторник
но могут в принципе сейчас
страшней всего когда разрежешь
большой арбуз напополам
а там ни косточек ни плоти
а вход в московское метро
скажи мне где мы зинаида
тут море волнами вовнутрь
и рельсы слабо освещает
луны разбитый циферблат
винсент васильевич ван гоголь
писал с натуры отчий дом
в нём нос и уши уживались
с трудом
мне ангелы установили
предельный срок четыре дня
но врач на сутки продлевает
меня
согласно статусам вконтакте
у нас в стране переизбы
ток баб на метр горящей русской
избы
на диаграмме нашей дружбы
мы ищем переход в любовь
но он возможен только в ялте
двенадцать лет тому назад
я никогда не ел пельменей
признался покраснев олег
и до тебя оксана мне их
никто ни разу не варил
связист олег кричит супруге
а ну ка спину почеши
прибавь немного амплитуду
а частоту слегка понизь
ну почему топор михалыч
я ж мастер спорта по стрельбе
студент раскольников с укором
у достоевского спросил
нет солнца скрыла тень газпрома
великий город петербург
и вновь чахотка достоевский
хандра аврора русский рок
все змеи ползали уныло
один удав печатал шаг
и то пока в нём шевелился
ишак
седой почтенный настоятель
ведет к амвону прихожан
а тут плясали пусси райот
он тихо гордо говорит
ко дню святого валентина
купил три вещи николай
бутылку пива сигареты
и фото синди кроуфорд
перрон качнулся и поехал
забрав вокзальные огни
а мы стоим в пустом вагоне
одни
пора придумать верный метод
как нам друг друга распознать
когда мы встретимся вне тела
или в совсем других телах
эксперт сказал ошибки нету
и в наступившей тишине
вдруг стало слышно как в женеве
пополнился валютный счет
идет всем телом колыхаясь
меж грядок голая любовь
и лук встает дождем прибитый
и поднимается укроп
не боюсь пришельцев
с тысячей клешней
однопланетяне
твари пострашней
у смерти мягкие ладошки
у смерти твёрдые соски
и попа а под капюшоном
большие добрые глаза
каспар ушол каспара нету
кричат жена его и тесть
а он на кухне ест котлету
и есть
ищу пиздец по ресторанам
по злачным гомокабакам
а он во внуково тихонько
на регистрации стоит
коты боятся пылесоса
не из за шума и возни
их гложет неопределенность
и энтропия черных дыр
дождями смоет осень имя
из старой книжки записной
того с кем жизнь связать хотелось
весной
запомни штоб найти семёна
ты должен думать как семён
бухать как он и материться
и исчезать не заплатив