не вздумай никогда сдаваться
всегда позорься до конца
холодным вечером февральским
приятно теплый пить глинтвейн
курить в мундштуке сигарету
и рассуждать о бренных днях
медведь не ест уже неделю
и с каждым пережитым днём
доступней кролик и просторней
проём
зухра не может без истерик
из глаз текут евфрат и терек
вакула написал про жопу
ежа олега и бобра
и всем твердит что он вакула
пера
я написал про дождь про осень
про то как журавли летят
а дальше почерк неразборчив
и мат
олег родился на рассвете
умылся утренней росой
ещё не зная что родился
осой
пошло всё как то мимо плана
бонд наебнулся с дельтаплана
я подошёл к воротам ада
рукой трёхпалой постучал
потом ещё потом ногою
ну нет так нет и в рай пошёл
о том куда поехать в отпуск
устали спорить и молчим
а в спорах победило море
причин
гляди шепнула алевтина
и я сказал вот это да
боясь поинтересоваться
куда
отец сказал ты проститутка
мать шепчет это же позор
а я люблю вечерний город
мне нравится такой позор
вы посмотрите как похожи
все женщины на алфавит
армянский и когда танцуют
и кормят с ложечки и спят
меня сформировал чайковский
а расформировал толстой
а распылила на частицы
ирина понаровская
анчар твой ствол наполнен ядом
пущу тебя я на дрова
на тех дровах шашлык пожарю
и надю в гости позову
вот я приехал на работу
а мог бы полчаса поспать
или поесть но лучше всё же
поспать
ты теплый нежный и спокойный
так хорошо прижавшись спать
уютно ткнувшись носом в ухо
а утром выводить во двор
давайте в обмороки падать
ходить давайте в неглиже
в фуфайках шпалы класть достало
уже
в дыму табачном пил и глядя
на мятый блин её лица
с трудом в себе найти пытался
самца
пылают письма николая
в камине олиной любви
то разгораются то снова
мерцают буквами в ночи
не шевелите хренотенью
я в аккурат под её тенью
а дети мне хоронят лошадь
что б я на ней когда умру
скакал по полю а пока что
пускай пасется под землей
преследуя благие цели
олег купил себе овцу
и вот уже четвертый месяц
ее считает перед сном
хочу манто интимно шепчет
мой гений чистой красоты
глупышка ты сказать хотела
манты
везёт олега на трамвае
какой то призрачный семён
не объявляет остановки
и рельсы рельсы в три ряда
все говорят что я какойто
больной а ты купи слона
в нём всё прекрасно вес рост возраст
длина
Зачем нам столько испытаний
Семипалатинск возопил
олег как рок как наважденье
он кружит головы шутя
детей на память оставляя
в больших и малых городах
вокруг зухры и вдоль палатки
нудистов пляжных яйцекладки
дышите ровно не дышите
твердил с улыбкой николай
врачом он не был но по жизни
любил командовать людьми