когда я снова стану жабой
с седым морщинистым лицом
напомни чо там надо делать
с яйцом
из разговора стало ясно
что лучше просто покивать
порой так хочется чего то
особенно ночной порой
в понедельник вторник
среду и четверг
бахус возносил нас
в пятницу низверг
иван встаёт заходит в кухню
и вдруг рождаются стихи
он вилкой быстро колет руку
и кровью пишет на стене
всю ночь горят огни в окошках
я прямо чувствую как там
устало трут глаза руками
сидят фальсифицируют
вы с вашей скрипкою амати
не расстаётесь и в кровати
олег правительственный карлсон
на нём летает президент
и санкцыонное варенье
ему дают по четвергам
крот за ночь перерыл парковку
искал наверное морковку
исчез куда то срач в комментах
и стало нечего читать
и люди смотрят сериалы
и отрастили животы
пролетел журавыль
мимо не спеша
видимо синичья
у меня душа
вот мы открыли николая
а там поменьше николай
но только маленький и злобный
с коротенькими пальцами
вот это новая реальность
а это новый человек
спецально выведенный чтобы
нас постепенно заменить
а смерть не вздохи на скамейке
и не прогулки при луне
то есть конечно это тоже
но всёже главное потом
я токарь пятого разряда
а у тебя всего второй
вот потому тебе бежать за
второй
олег в наш коллектив похоже
внедрён бесчестными людьми
то соль возьмёт подлец украдкой
то ми
олег глядит в окно и видит
как в нем проносится пейзаж
дома дворы деревья люди
автобус думает олег
вениамин ушол из жизни
но смерти так и не нашел
и бродит пятую неделю
в чужых пугающих местах
свой путь пройдя до половины
я очутился в темноте
где в матку вход прошу скажите
и где единственная та
два полицая раздевают
младую трепетную руфь
вот это что у вас оружье
а тут наркотики ну ну
оксана по лесу гуляя
как даст ногою по грибу
перевернулся извращенец
в гробу
сняла последнюю рубаху
а где последние штаны
категорически не помню
и это мучает меня
пропагандист пропагандиста
в толпе узнает без труда
по баннеру путь к коммунизму
туда
упав с пироги в амазонку
был педро съеден колбасой
невысказуемо приятно
на безупречность ставить пятна
у вас комар жужжит над ухом
а вы мадам ни сном ни духом
гаврила выстрелом отменным
убил двух зайцев и себя
немножко не дожил до смерти
жизнь слишком долгое кино
и дотянув до середины
по стариковски задремал
я не про вас сказал чуковский
смущённо глядя на меня
и вдаль умчался с криком я про
стыня
то превращался в гегемона
то вновь в унылое говно на