какой нажористый ассольник
грей трижды ложку облизал
а как божественно хрустели
глаза
в ковшик собираю
перламутыр звёзд
не поэт я вовсе
а не спится прост
петрович не любил здоровых
за то что скоро сам помрет
а эти суки остаются
и будут жить и выпивать
я все жестокие режимы
стремясь свободу обрести
переживал в режиме жимо
лости
смотрю я как народ мельчает
в старинный дедов макроскоп
в декабре охота
спеть мороз мороз
можно и в июле
если есть склероз
что ж вы убежали
девушка как лань
я ж всего лишь сердце
попросил и длань
в телескоп я ночью
вижу млечный путь
мне вселенной тленность
не даёт уснуть
встань с утра пораньше
встреть весны рассвет
враз помолодеешь
на пятнадцать лет
я смотрю на кошку
кошка на окне
мы с моею кошкой
на одной волне
на картуз наклали
с неба птицы и
стало ясно будут
инвестиции
трамвайный парк посовещался
и мне поставили на вид
что я как раз таки такая
на вид
как хорошо под запах хвои
бокалом чокнув циферблат
нырнуть в домашний и уютный
салат
ресницами зухра взмахнула
и глеба ветром унесло
вадим зухру в порыве страсти
своей алёнушкой назвал
а та надулась почему то
ну дура что с неё возьмёшь
здесь номера у всех простые
но позвонить на них нельзя
они у нас на телогрейках
пришиты с левой стороны
кормись с земли пей из под камня
дары лесов бери себе
будь постоянным постоянно
умри и зарасти травой
чо ты сказал не могут люди
себе подобных убивать
мы чо по твоему не люди
сюда иди на сука на
зонтик плащ ветровка
дождевик тренчкот
в питер по музеям
собралась в поход
не признаю свои ошибки
их от чужих не отличить
семь дней а мы всё молодцами
не задушить нас холодцами
плакала наташа
от бессилия
жервой став домашне
ва василия 🐈⬛
однажды мы пустили стадо
козлов в капустный огород
они сожрали всю капусту
эксперимент пришлось прервать
как вода и пламень
как огонь и лёд
что друг к другу тянет
хрен нас разберёт
как холодно как много снега
как долго тянется февраль
сквозь этот очень несчастливый
и очень високосный год
хрен стоит и перец
возле холодца
холодец трясёца
и колышеца
дождик умирая
прошептал народ
верьте в испаренье
и круговорот
тает летний вечер
чудная пора
радует попсовый
грохот из ведра
коньяк и торт в миру оставив
лишь бородинский хлеб с водой
вкушал на острове елены
святой
грядет нашествие кентавров
кобылы резвыя спешат
за ними трезвыя доярки
несутся гривы распустив