крадусь я с лопатой во тьме наугад
а ветер в ночи так и свищет
но вот наконец-то наткнулся на клад
бище
не спеши покинуть
скорбный этот свет
просто после смерти
тоже жизни нет
когда влюбляеца оксана
она сжигает все мосты
и хладнокровно убивает
детей от бывших мужиков
вот повезло с еблищем нине
она звезда на хэллуине
сдавило сердце как зипфаил
мысль превратилась в эсэмэс
и как джипег в сто килобайтов
вся жизнь моя передо мной
травка пожелтела
солнышко ушло
ласточка сломала
в темноте крыло
глеб для меня нашёл на небе
саму полярную звезду
и мы пошли по ней на север
и в круглосуточный ларёк
четыре маленьких олега
сидят на краешке земли
суровой ниткой привязала
их мать к брусничному кусту
упали первые снежинки
и вместе с ними я упал
ногами продырявив небо
на льдом покрытый тротуар
моряк не плавает а ходит
сказал угрюмый капитан
и от воронки с пароходом
побрёл куда глаза глядят
оля насмотревшись
правильных реклам
порошком волшебным
устиралась в хлам
клянусь я свято гиппократу
что с медсестрой готов к разврату
вы в школе учите оленей
уже семнадцать поколений
какое низкое коварство
за лошадь требовать полцарства
ты так вошла что я на брюки
роняю с маслом бутерброд
и как на зло запел джо коккер
ту песню из того кино
пришёл на землю первый снимок
обратной стороны луны
на нём слоны и черепаха
обнявшись машут в объектив
разрешили снова
баню сауну
разносите люди
флору фауну
олег вооруженным глазом
ищя на теле ольги грудь
традиционно натыкался
на непобритого петра
какое счастье быть ленивым
домашним ласковым котом
играть клубками разных ниток
жрать спать ссать срать спать жрать срать ссать
я к сожалению стерилен
ответил руки разведя
на предложение оксаны
седой улыбчивый хирург
напоили няню
старую каргу
на десяток сказок
намела пургу
я потерпела неудачу
ну потерпела как сказать
мою реакцию конечно
терпением не назовёшь
отварю отдельно
каждую пельмень
и короче станет
этот хмурый день
когда испытывали бомбу
сказали нацепить очки
чтоб не расплавилась сетчатка
и просто чтоб для красоты
налейте мне коньяк в мензурку
нарежьте скальпелем лимон
и можете зашить больного
пока я тут перекурю
на темных пыльных антресолях
в стеклянных банках до поры
стоят рядами заготовки
хандры
не прислоняться так глаголит
в вагоне на двери призыв
но человек не понимает
и всё равно слоняться прёт
я понял что я очень старый
когда пришёл за пивом с тарой
цена за эти ощущенья
три перелома без смещенья
тургенев любит кошек
и часто спозаранку
кричит идём антошка
утопим и каштанку