в гробу я видел вашу водку
восстав из гроба молвил глеб
бля бля бля бля бля бля бля бля бля
бля бля бля бля бля бля бля бля
бля бля бля бля пиздец дорога
бля бля бля бля бля бля бля бля
на плодородном черноземе
они разбили сад камней
и камни выросли до неба
и сладким соком налились
росла мучительная мудрость
рвались шаблоны и десна
скрипнули качели
я в окошко зырк
минус двадцать восемь
плюс один язык
жизнь прекрасна если
есть жена дитя
теща кот собака
но не у тебя
заходит пушкин здравствуй гоголь
ну гоголь круто ну ты жжёшь
несёт пометку о разводе
аркадий в паспорте своём
в душе играет марсельеза
в ноздрях свободы аромат
ах как смешны вы анатолий
в своих попытках быть собой
побудьте лучше николаем
или олегом как вчера
вы не бывали в землеграде
представьте токио а в нем
уходят в землю землескребы
по сто и больше этажей
положу под ёлку
маску и топор
роспотребнадзору
дать готов отпор
зажав ладонью нос оксана
ждет дома мужа только он
пакеты с мусором способен
засунуть в мусоропровод
наташа в турцию приехав
шла к морю как на абордаж
вздыхали турки сколько ж можно
наташ
лежит обломов на диване
чего то хочется ему
вот вроде баба появилась
дану
с горящими во тьме глазами
в крови невинных жертв хорёк
бежит такой вот он забавный
зверёк
в углу стоять ужасно скучно
но если взять карандаши
то на обоях можно маму
с собой в углу нарисовать
поел грибов на тонких ножках
потом брал крошки с бороды
рассматривал сдувал их с пальца
и так четырнадцать часов
осенью добавят
в сердце милоты
в золотистых листьях
рыжие коты
глеб в любви признался
глядя на пельмень
сердцу не прикажешь
в валентинов день
я размечтался об оксане
но тут встречаю не её
и понимаю как ни странно
моё
женщины планеты
я вас всех люблю
бедному поэту
скиньтесь по рублю
почти придумана вакцина
ты жди и главное не ссы на
оторвав от сиськи
свой сопливый нос
гена сделал первый
ипотечный взнос
в советском союзе парторги тайком
обходят ночами погосты
и бьют на крестах по приказу це ка
госты
вижу удивлённо
два холма груди
отойди алёна
дальше отойди
мне похер титулы и ранги
которых я достичь не смог
я сам и царь в своей яранге
и бог
прицел как блюдце циферблата
и нервно тикают курки
секунда выстрел замирают
стрелки
живём в коммуналке в гнетущей тоске
нуждою закованы в рамки
а помнишь ты мне рисовал на песке
замки
моих мурашек путь по коже
не хаотичен а упрям
они ползут как за добычей
туда где губ твоих следы
там красной шапочке скажыте
что дровосеки не придут
они тут гасят топорами
двух поджыгателей тайги