я людвиг обиван бетховен
та-да-да-да запомни глюк
держи бандуру полетели
на плюк
олег оксану тычет носом
в большую лужу на полу
и говорит оксана больше
ты так не делай никогда
кто сделал чучело олега
тот искренне его любил
и очень точно передал нам
олежий бессловесный вид
скорбим а ты покойся с миром
не долетев в сирийский зной
на дне морском клён раскудрявый
резной
когда олег с собой покончил
он принялся за остальных
а мужикам так мало нужно
борща тарелка душ и секс
потом борща без душа с сексом
и просто секса без борща
любовь егоровна в подтяжках
лица грудей и живота
всех удивила на работе
надеясь на карьерный рост
строчат школяры сочиненье
и ненавидят горячо
тех кто пеши кричал толстому
исчо
учитесь тренируем память
так стоп о чём я кто вы все
олег идёт за николаем
по главной площади москвы
на теле николая бомба
олег гуляет просто так
чем ты печку топишь
это ж мопассан
ничего святого
нет в тебе оксан
олег нашёл рояль всевластья
и стал играть собачий вальс
и мир издох в ужасных муках
и началось вот это всё
меня все любят даже слишком
однако все таки не всю
кому мой жемчуг слишком мелок
кому ресницы негусты
идет мартынов на работу
спешат сальери и дантес
неблагодарна и опасна
их служба родине своей
бабами любимы
тёплые коты
а чего добился
в этой жизни ты
да вы порфирий просто гений
так круто нам не налажать
олегу раскроили череп
на курсах кройки и шитья
отринуть все законы ома
сопротивленьем пренебречь
стать просто током твоих мыслей
и течь
ведь даже у красивых женщин
есть некрасивые места
которые у некрасивых
вполне быть могут ничего
опять не копана картошка
где этот ёбаный антошка
игорь бы родился
но не суждено
он в презервативе
выброшен в окно
в мою квартиру ходят люди
ложатся спать садятся есть
не замечая что в квартире
я есть
оксана пряново посола
в эмалированном ведре
томится изредка вилляя
хвостом сверкая чешуёй
тебя увидев без мейкапа
я крик в груди сдержал едва
и тут контрольный без пушапа
крик два
На счастье ей в двадцатом веке
Был разработан фотошоп
разверзлась пасть земного чрева
и поглотило нас нутро
стальные черви справа слева
метро
несут подсушенные розы
к себе домой учителя
на лицах добрые улыбки
в глазах желание убить
я бывшего застала с бабой
пусть он чужой пусть он ничей
но выдрать надо пару тройку
очей
приходит в белом балахоне
и без косы и говорит
ну чо уставился придурок
это клиническая я
хоккей у слизняков несносен
команда страсбургских улит
уже неделю пробивает
буллит