фаина львовна обладает
нестрашной силы красотой
а может нету в океане
той неизведанной земли
а просто глобус извалялся
в пыли
однажды в пирожок не сложный
я запилил войну и мир
а кто не верит повторяю
еще разок война и мир
а эту сталь варили греки
и тот кто знает в греках толк
легко почувствует гвоздику
анис мускат и розмарин
к обеду подали лошадку
она лежала на боку
и прямо в душу мне смотрели
её печёные глаза
комне в постель приходят страхи
а иногда приходят сны
и изредка конец приходит
не член а тот что навсегда
я бреду по жизни
груз проблем неся
ведь расту из жопы
абсолютно вся
я жду отмашки целый месяц
но машка говорит потом
на казнь иду весь при параде
сквозь стоны ругань рёв и плач
не надо плакать я хороший
палач
в средине августа чуть глуше
на поле огуречный звон
слегка тускнеет алюминий
слегка топорщится брезент
в подвалах морга людоеды
озорничают вчетвером
то петь попробуют тихонько
то ром
уверен ольга не потянет
сказал аркадию олег
ложи ей на спину четыре
мешка цемента а не пять
за мною гонится поддубный
как за снегурочкой мизгирь
над головою раздаётся
визг гирь
все гениальные поэты
уходят рано и олег
сидит один в пустой квартире
и доедает с чаем торт
во мне погиб поэт и радость
в глазах оставшихся в живых
альтернативных ипостасей
вдруг засияла в темноте
на улице дубак ребята
а вот под улицей тепло
чем глубже в землю тем теплее
зарыться что ли попотеть
и где теперь твой фридрих ницше
хохочет недочеловек
и в туалет огромным пузом
мне загораживает вход
а ежели пойдёшь со мною
на сеновал то знаешь кать
к твоим ногам я завтра брошу
бухать
прости мне пишет мол влюбилась
шлёт фотку этого лоха
а мне смешно и я в ответ ей
шлю ха
загробный мир устроен просто
в твоём кино нажали стоп
тот кадр на чем остановилось
и будет вечностью твоей
бог несомненно негритянка
и обожает танцевать
мелькая чорными ногами
под звездным кружевом чулок
мелком рисую на асфальте
густые заросли а в них
сидят чудовища и жадно
следят за пальцами с мелком
от солнца между рам проснулась
коровка божия ползёт
неловко поджимая лапки
вверх по холодному стеклу
на день святого валентина
я подарю тебе трусы
конечно я тебя не брошу
не бойсь
когда на площади свободы
казнят последнего раба
я всем спасибо все свободны
скажу ликующей толпе
в обнимку со стеклянной банкой
в столицу едет пионер
везет на смотыр достижений
макет трех литров пустоты
когда пройдёт сезон арбузов
мы снова станем вспоминать
как были радостны беспечны
как были счастливы тогда
купил боярышник в рассрочку
кредит оформил на себя
когда я вижу николая
меня безудержно тошнит
поэтому я ем клубнику
как чувствую что николай
изольда львовна при погрузке
рояль подвинула правей
одним проверенным движеньем
бровей