с подводной лодки снимут шкуру
набьют соломой и трухой
и будут мыть в музее шваброй
её стеклянные глаза
давай как будто мы женаты
по крайней мере восемь лет
как будто я пришёл пораньше
а дети в садике ещё
опять к евгению подходит
в антракте грустный меломан
с руками мягкими как творог
и взглядом теплым как моча
и чтоб тебя не зацепило
не подходи ко мне когда
машу руками и ногами
незафиксированными
ёжика спросили
что там в узелке
он сказал не знаю
но на коньяке
я шла в метель походкой гейши
в шесть тридцать скользкого утра
от ужаса дрожала шейка
бедра
твое молчанье режет вены
тупым зазубренным ножом
давай помиримся скорее
поржом
творить в три года очень просто
находишь глиняный комок
в руках катаешь и не знаешь
что бог
серийный висельник геннадий
частенько доходил до врат
но каждый раз там оформляли
возврат
аркадий сомневался в пользе
термальноминеральных вод
и до сих пор в околоплодных
живёт
матрёшка символ материнства
вот например рожает тля
тлю в тле а дальше временная
петля
нам кошка родила зачемто
трёх непородистых котят
они в спасательных жилетах
с эмблемой осавиахим
в отделе гаджетов для взрослых
сведя застенчивость к нулю
себе зарплатоимитатор
куплю
из холодильника кастрюльку
достал забытую а в ней
сухие мумии пельменей
ко дну прилипшие лежат
я вовсе не запоминаю
обид насилия и зла
и люди спорят за возможность
меня унизить и побить
однажды тихой майской ночью
там где уж не найти следов
в траве средь брошенных игрушек
был завершен полураспад
я с прилежаньем и стараньем
под пиво потное тарань ем
в сапогах от гуччи
в дом заходит кот
разгадал собака
карточки пинкод
ты так мне веришь что однажды
придётся правду рассказать
олег на выставке в париже
отведал новое говно
небесно голубого цвета
и с ароматом неговна
господь привел ко мне адама
а мне хотелось зульфию
чтоб поболтать чтоб вместе сделать
с корицей яблочный пирог
я прячу мёрзнущую осень
по толщь листвы и там усну
где на руках качает лето
весну
забудь мой номер иннокентий
и перестань меня искать
тебе во мне не мчаться больше
по автобану никогда
если человеку
много дать бабла
можно в нём заметить
трещину ебла
всё хорошо у нас с оксаной
могло бы быть но я не смог
меня всегда смущал огромный
на стенке гитлера портрет
так вот куда уходит детство
туда где белка и свисток
туда где мишка косолапый
а не в мобильный интернет
моя любовь живет на первом
а страсть и нежность на шестом
я между ними тренируюсь
с шестом
в тот миг когда ты мне сказала
сто девяносто девять слов
я вдруг совсем случайно понял
что не хватает одного
глеб выбегает на дорогу
руками машет на такси
и все таксисты врассыпную
ан нет вот этот не успел
собой мои заполнив клетки
ты ставишь жирный чорный крест
а два а три а пять и в сердце
на дно уходят корабли