в костюме гаги леди гага
о нет не просто голышом
одета в собственную кожу
но только задом наперёд
куда нам столько обалдели
кричал взбешенный лаборант
а петр стоял и улыбался
прижав к груди пакет с говном
никак не вяжется с минетом
твой образ строгий молодой
наверно все же показалось
когда я в комнату входил
среди глухих велосипедов
остановлю я свой букет
и там нарву тебе педалей
пакет
март отключён за неуплату
идёт сигнал незнамо чей
весны не будет отзывайте
грачей
вас приглашает на работу
объединение сизиф
с идущим в гору производством
связи в
учите физику придурки
под сослуживцев дружный смех
ворчал тевтонец надувая
доспех
музыка связала
нас с тобой антон
не смотря на то что
ты такой один
если стынет в жилах
и не греет кот
рюмочку с котлеткой
положи в живот
после кружки кофе
с сердцем не ахти
было ж всё нормально
с первых девяти
со словами хелп ми
дарлинг ай лав ю
стрекоза припёрлась
ночью к муравью
чтоб не заразился
вирусом народ
чаще антисептик
заливайте в рот
праздник отгуляли
и теперь опять
погрустим денёчков
тристашийсятпять
я забыл что скоро
будет новый год
съел икру горошек
сыр и банку шпрот
старостью не очень
удовлетворён
но скрипят колени
show must go on
плачу о зарплате
все грущу о ней
между нами пропасть
в двадцать восемь дней
у тебя есть водка
у меня вино
это знаки свыше
всё предрешено
жизнь несправедлива
то граблями в лоб
то салатом в морду
то всем телом в гроб
беру еду сажусь на берег
и жду доверившись годам
как проплывет так сразу ужин
отдам
снег падал падал падал падал
устал и выдохся в пути
но падая он продолжает
идти
а ночью мне приснились лена
и гипсовый писатель пруст
я их держал попеременно
за бюст
я помню как жгли пионерский костёр
счастливые парни и девы
пятнадцать республик пятнадцать сестёр
где вы
забыл на кухне курьи ножки
и те пошли коту под хвост
антон за родину сразится
с врагами и падёт в бою
а глеб за родину покурит
поест и выпьет за неё
мне марсианка предлагает
пентхаус будто королю
а я дурак свою землянку
люблю
оксана просит мужа милый
побудь чуть чуть самим собой
тот долго думает и молча
вдруг превращается в козла
я принесу ведро пельменей
что наловил с утра в реке
ты заворчишь куда нам столько
но сядешь чистить все равно
устав от толкотни и давки
выходят люди из метро
но инстинктивно продолжают
друг к другу жаться и толкать
кто сделал дыщ в четвертом такте
покинуть должен навсегда
ряды придворных музыкантов
и сдать казенный инструмент
губами двигаясь наощупь
навстречу в полной темноте
они наткнулись на преграду
прозрачную но прочную