аборигены отобедав
вертели нитки новых бус
и рассуждали что у кука
был вкус
конь говорит пиши пропало
три куртки и одно пальто
свеча сгорела до огарка
ещё хранит тепло матрас
а мне ни холодно ни жарко
от вас
у клары карл украл кораллы
а клара сперла капитал
клиент хотел зажать наличность
и я на личность перешёл
потом ответил динозаврам
и вход загородил китом
так мир узнал великий ноев
потом
все инстинктивно при паденьи
вдруг вспоминают школьный мат
я смерть меня зовут евгений
вот кандидатскую пишу
дипломная была титаник
три с плюсом еле защитил
на дне дворов сгустились тени
и стали вязкими как мед
в них словно мухи в разных позах
застыли мумии людей
отряд останкинских пельменей
я по тревоге поднял в ночь
скомандовал им погруженье
затем готовность семь минут
рассвет стою на склоне фудзи
вершину закрывает мгла
там впереди во мгле улитки
со скуки водят хоровод
воскресный день по ветру вьюга
свои рассыпала клочки
смотрю как гибнет на балконе
от холода велосипед
и тебя согреет
солнышко лучом
несмотря на то что
морда кирпичом
прибил подковы насекомым
а то хуёво босиком им
для бабки дед собрал букетик
ромашек васильков и мят
сидят на лавочке обнявшись
дымят
от постоянных медитаций
в асане на одном ногте
мой третий глаз почти открылся
но где
за то что сын растёт послушным
мы благодарны будем впредь
тимуру и его команде
сидеть
раздать себя и сесть на поезд
от точки жизнь до точки смерть
наверно будет очень круто
суметь
пусть из имущества лишь краски
набор кистей мольберт и холст
зато я молд полн творческх планов
и холст
не слышит пьер нестройных звуков
ноктюрна водосточных труб
лежит безрадостен безухов
и труп
портрет написанный под мухой
вполне сойдет за натюрморт
не отличить текстуру яблок
от морд
в детстве босиком я
бегал под дождём
а потом не бегал
больно же с гвоздём
мне седому деду
девяносто лет
а любовь к портвейну
не проходит нет
бог айти и гуру
хакерских атак
но на госуслуги
не зайти никак
ах простите сударь
нож не в той руке
оттого что в правой
палец на курке
муж мой не приемлет
в моде перемен
просит чтобы стринги
были до колен
много мест на свете
тысячи квартир
но паук аркадий
выбрал мой сортир
по ночам под хрусты
веток и коры
снятся буратинам
страшные бобры
закружило лето
тополиный пух
вытащить пытаюсь
из ноздрей и ух
жизнь у мушкетера
драка да пальба
ну бывает бабы
пуркуа б не па