как много зла на этом свете
найдëшь в писании святом
и обещаний вечной жизни
на том
берёзки пробуют несмело
на вкус февральский небосвод
на речке первый появился
освод
олег примотан изолентой
к табличке с надписью гарлем
и это только половина
проблем
нас пеленали туго в детстве
готовя к послушанию
женился сдуру мальчик с пальчик
но не бывать ему отцом
живя затиснутым по пояс
в кольцо
ваш ёрш сегодня просто гадость
без водки с пивом на столе
лежат ужасные пакеты
перед помойкой во дворе
и тихо делятся друг с другом
тем что переполняет их
ищу монетку под подкладкой
демисезонного пальто
и чувствую чужие пальцы
неловко тронули мои
четвёртый муж ушол в монахи
он как и прежние мужья
не сразу понял что лариса
им не для счастия дана
аркадий маленького бога
слепил из хлеба и вина
несёт ево ходить по водам
к собачьей мисочке с водой
не говорю с тобой родная
не потому что разлюбил
а просто все слова иссякли
за предыдущие года
за чорной бархатной портьерой
невыносимый белый свет
и он сквозь дырочки от моли
мне не дает нормально жить
прелестны сельские пейзажи
здесь корнеплоды там овёс
тут робот просит у крестьянки
глотка технической воды
как холодно и одиноко
в заиндевевшем ноябре
смотреть как в небо прорастают
ветвями мертвые стволы
я вас люблю не за богатство
не за красивое лицо
и не за норковую шубу
а всем невзгодам вопреки
такое утро словно снова
мне десять лет и я бегу
через дворы к звонку и ветер
коленки нежно холодит
давайте вместе остановим
турбины станции земля
на этот вызов должен будет
приехать главный инженер
вы недовольны увольненьем
я это понял по тому
как вы во время разговора
всё время дёргали щекой
в страну где нет тревог и боли
олег зажмурившись летит
за ним летят его ботинки
они начищены блестят
оксана пьяного олега
раздела чтобы уложить
когда ж сняла с плеча рубашку
вдруг смотрит лилия на нём
седой хирург на теле ольги
спокойно делает надрез
вдруг конфети хлопушки люди
все с днем рождения кричат
давай скорей займемся сексом
не надо вотки и котлет
забудем что всю жызнь дружыли
что с жонами ходили в цырк
а я давно не брал ходули
не надевал на ноги их
и не ходил по скверу утром
в ходулях пьяный и босой
лежит манящий словно бритва
перед глазами горизонт
как хрупкий детский позвоночник
прямой и сахарный на вкус
ты выбрал нетрезвый разнузданный путь
надеясь что он будет вечен
но всё ж не удастся тебе обмануть
печень
для крепких браков тараканы
должны быть родственных племён
жизни полну чашу
пьёт не морщится
ночью поэтесса
днём уборщица
в пику магеллану
и жак ив кусту
проплыву весь диск на
маленьком плоту
скидываю ватник
как манто с плеча
я хоть и доярка
очень горяча
ассоль чекала не на того
навіщо ж грей тобі коли
пливуть у жовтій субмарині
бітли