расхищаю недра
реки пью до дна
я перед потомком
безответственна
парадокс вселенной
самый основной
что портвейн на марсе
лучше чем земной
знают все ребята
раньше чем скворцы
по весне зальются
местные отцы
солнце бьёт лучами
между штор стекло
тучей затыкаю
и опять тепло
в параллельный мир я
больше не ходок
на ладонях анти
сисек холодок
добротой и лаской
души большинства
наполняет тёплый
праздник рождества
я стихи читаю
ваши через раз
через два бывает
просто не до вас
прожил жизнь как полный
нытик и рахит
и в конце тоннеля
чёрный свет горит
а скажите лето
будет или нет
полетели мухи
белые в ответ
в этой вашей чайной
церемонии
нет ни романтизьма
ни гармонии
я ни днём ни ночью
больше не усну
шумную сорочью
стану ждать весну
родная милая оксана
у нас полжизни впереди
молю тебя не будь жестокой
уйди
– открою один неприятный секрет
на левом носке моём дырка
– да это фигня у толяна ваще
бирка
от всех неурядиц проблем суматох
попробуй досады не выдав
рецепту бесплатному следовать вдох
выдох
да я русалка да сидела
да часто на ветвях дубов
и врач кивая добавляет
кубов
уеду к тётке в глушь саратов
в самару к дядьке в ебеня
да кто нибудь остановите
меня
сказал эскулап что моей седины
причина излишние стрессы
хотя на узи между рёбер видны
бесы
ну в загс так в загс вздохнул аркадий
знать от судьбы не убежишь
родня невесты крикнув горько
в сейф убрала дробовики
когда становишься открытым
для окружающих людей
есть ощущение в ладонях
гвоздей
а где от лекаря бумага
а где купальный сарафан
и где резиновый кокошник
в наш пруд без этого нельзя
я понимаю по английски
читаю говорю пишу
и лишь тупые англичане
меня не могут понимать
твою же мать супрематистка
взбледнув от ужаса с лица
дед тряс пред рябой чёрным кубом
яйца
а ты такая же как прежде
и грудь и волосы и стан
хотя пошёл уже четвёртый
стакан
пришел ко мне вчера серёга
с вина бутылкой мол сюрприз
а я стою в чулках и туфлях
и мой сюрприз был для петра
ты так курила папиросы
губами нежно их зажав
что тут не возражал бы даже
минздрав
моя подруга любит кофе
а я предпочитаю чай
но мы друг друга уважаем
и водку пьём на брудершафт
из памяти достану глеба
стряхну десятилетий пыль
и в жывоте очнётся старый
мотыль
в олеге мирно уживались
гуманитарий и технарь
матерый циник и романтик
и тварь
судья послушав алексея
про жизнь работу и семью
приговорил его к канарам
и вытер слёзы рукавом
художник взвесил за и против
затем взял красное вино
убрал палитру и нажрался
в говно