аэлита в кухне
блюдцами гремя
не в своей тарелке
чувствует себя
всё цветёт и пахнет
нет нужды в вражде
ценят любят верят
будь всегда там где
синяки у васи
вовсе не за понт
просто он ночами
делает ремонт
распилили дядьки
глебу сноуборд
он теперь как лыжник
выйдет на рекорд
какая сволочь оплатила
вперёд без малого на год
столь отвратительных и мерзких
погод
как доморощенный психолог
я вам советую кота
глинтвейн какао сериалы
и что вы любите ещё
сила депрессяшки
в четырёх строках
та что сносит крышу
будет жить в веках
давай поговорим о вечном
не в смысле смысла бытия
а о твоем непрекращеньи
нытья
мне не до симфоний
мне не до поэм
я сижу селёдку
с простоквашей ем
мы с тобой знакомы
очень много лет
я и без рентгена
вижу твой скелет
во время пряток с интровертом
чем поиск более тяжёл
тем выше шансы что он просто
ушёл
я поражённый экспонатом
провёл в музее пять часов
искусство сила но ребята
скульптуры надо закреплять
я не хотел вам сделать больно
счастливый случай мне помог
пятница священна
как пред алтарём
в кухне заливаюсь
пенным янтарём
в счёт кредита в банке
погашения
стырили из лувра
украшения
если я просыпал
на лицо вам хну
не переживайте
дайте отряхну
светлой грусти полон
нежности полна
плещется в бокале
юная луна
у тебя есть бедра
талия и грудь
может быть сгодишься
для кого нибудь
сын идëт весëлый
в школу с рюкзаком
он с алисой дружит
и домашкой ком
солнышко лучами
гладит темечко
ну чего пристало
я ж не семечко
я с детства марки собираю
жену же те не увлекли
стабильно фыркает что надо
рубли
мне изменяет только память
и я живу себе вполне
собой довольный без претензий
к жене
в цветастом наряде прошлась по лугам
и спрятавшись в чаще меж сосен
бесстыдно его обронила к ногам
осень
здесь должны быть горы
а вот здесь река
наколи мне кольщик
их в четыре ка
на шубы и золото тратя безнал
ты любишь поп рок непритворно
а я собираю с друзьями металл
чёрный
пять заблудившихся туристов
остановились на обед
и вчетвером переварили
хребет
он глянул с тоской на багаж и вокзал
всплакнул над котомкой без ручек
вы грузчик спросил я он тихо сказал
грущик
в костюме от евы пройдясь по лучу
присяду с утра у оконца
и на подзарядку себя подключу
к солнцу
снимаю боль а мог бы тёлок
но я лишь анестезиолог
по телевизору сказали
чтоб мы заткнулись и сосали