Непопулярные произведения — Страница 1430

Непопулярные произведения в архиве Поэторий - стишки: пирожки, порошки, депрессяшки. Произведения с наименьшим количеством лайков. Страница 1430.

Страница 1430 из 4423 | Всего произведений: 132 681
я так горжусь что я не сдохну сказал с трибуны тимофей и переждав волненье в зале сказал пока я нужен вам
пока ты зажигала в клубах столетняя война прошла непригодившиеся латы ржавеют тихо на стене
ловец таджиков хищно рыщет в глубинах чорного метро вдруг выбегает на поверхность вдохнёт и снова в глубину
ну с богом прошептал маркшейдер когда нашел ворота в ад и плюнув на дрожащий палец свечи огарок затушил
бомжей в кафешки не пускают а деду васе повезло в кафе восток его пустили на шашлыки и беляши
нет всё устроено прикольно планеты звёзды все дела лишь одного не понимаю а я то нужен тут на кой
мы сели на речной трамвайчик и он повёз нас по реке и лёд похрустывал под рельсой а мимо мёрзли рыбаки
еще до сотворенья мира был изначальный пирожок а все последущие вертер потом составил из него
илья случайно сжег оксану а я его предупреждал не суй в оксану что попало неизолированное
как здорово что есть на свете такие дивные места все эти холмики ложбинки и этот стриженый лобок
меня никто не остановит когда я захочу уйти теперь бы только бы дождаться дожить до этого когда
давай куда нибудь уедем где сосны скалы и прибой о берег камушки катает вперед назад вперед назад
какой большой кричит оксана не в силах сдерживать восторг восторг брыкается и вьется пытаясь вырваться из рук
путь в шоубизнес через жопу презрительно сказал олег а друг его цыничный боря добавил громко не пойдем
век груб путь труден люд ничтожен свет тускл рост мал в груди лишь боль и страх и гнев и смерть не выход а вход в тот мир где грех рвёт плоть
кольнув невидимой иглою слона в чувствительный сегмент наполнит ощущеньем чуда наездник детские сердца
всю ночь отстреливался в джунглях от страшных шорохов в кустах потом пошел попить на кухню бежал стреляя на ходу
прошу вас зоя не дышите тогда они нас не найдут и мы останемся здесь вечно лежать как слипшийся урюк
нуклеофил так любит ядра что замечает их везде в процессорах орехах пушках планетах клетках атомах
ты запустил свою оксану я говорю тебе как врач оксану коль её запустишь потом не выведешь ничем
за что ты съел меня любимый олегу кто то говорит но из любимых может вспомнить он лишь креветки и фасоль
хочу чтоб вечер и чтоб снегу лежало много на земле и мама чтоб вязала свитер и чтобы я пил сладкий чай
прогоним небо через вату лохматых белых облаков и голубой раствор загоним в огромный теплый шприц сосны
когда виталик бьёт ларису он это делает легко как бы мешая акварели как настоящий портретист
пятьсот шестнадцать помидоров сейчас во поле я собрал а нет уже пятьсот пятнадцать пятьсот четырнадцать уже
кому понадобилась ира она в прозрачном декольтэ всегда сидела на ресепшын но я зашол а иры нет
что рай что ад одно и то же ни тела ни других людей в раю единственное скажут что ты находишься в раю
вот мухомор ползет наружу выглядывает из земли тихонько между палых листьев вдруг бац по морде сапогом
изевтсно из экпсреимнета пордяок бкув внтури у солв не вжаен все ранво порчтете по преовй и пслоедней из
идущий к эшафоту смертник как прибывающий экспресс подумал глядя на беднягу палач в красивом колпаке