всем телом вздрогнул анатолий
в кармане ручку теребя
он в бюллетене обнаружыл
себя
постой родная этот список
совсем не женщины а шыфр
боеприпасов и убежищ
на случай ядерной войны
семён вылавливает в море
руками голыми медуз
психологически готовясь
в медвуз
когда на перекрёстке судеб
олег переходил на ты
зухра олега сбила с толку
и скрылась с места дэтэпэ
под чёрным солнцем всё иначе
там люди слепы и темны
и не отбрасывают тени
а только свет не нужный им
расстреливать приятней утром
под птичий гомон на заре
под запах пороха и крови
и свежескошенной травы
иван ильич придумал бога
он помещается в карман
эргономичен есть фонарик
в комплекте счетчик для грехов
купила падающий чайник
но он ни разу не упал
он лишь находится в процессе
как башня в пизе или рубль
давай развеемся родная
когда мы превратимся в прах
и в неожиданных осядем
местах
на старой мельнице аркадий
чушь несусветную молол
медведь нанюхавшись тумана
гулять заходит за ежом
пойдём тебе почешем пузо
поржом
проснулся в пять совсем разбитым
в какой то луже на полу
и при попытках шевельнуться
порезал руки об себя
хоть улучшителями вкуса
производители горды
уже хочу еды со вкусом
еды
в нас больше нет авантюризма
мы перестали отгрызать
буханки вкусную горбушку
когда несем ее домой
семьдесят просмотров
лайк всего один
кто то же рождает
вот таких скотин
кровь сдавать пришла я
к утренней заре
все кричат пугливо
не берут в ведре
разочаровали
ласки и интим
лишь для показухи
стонем и кряхтим
а вы давление померьте
нам предложил паскаль на днях
и запишите измеренья
во мнях
я ранним утром открываю
всё то что с вечера закрыл
бутылку джина том жюльверна
и пару наглых синих глаз
дантес и пушкин без одежды
сплелись руками все в поту
и пушкин падает в подушки
и молвит ты меня убил
бывает долгой зимней ночью
сквозь приоткрытое окно
большие белые пельмени
вплывают медленно кружась
сорвался жёлтый лист последний
в суицидальное пике
и я у жизни на непрочном
крюке
я никогда не перестану
сказал мне серый человек
и стал еще ожесточенней
стучать по крыше и окну
ты пирожок в тетрадке бога
и скоро он последний слог
допишет вслух перечитает
и над тобой поставят плюс
аркадий женщин не боится
но приводя к себе домой
на всякий случай прячет мамин
нательный крестик в кулачке
я продал старые рисунки
и дачный домик в бологом
и этого хватило ровно
на девятьсот пятнадцать роз
когда часы пробили полночь
в образовавшуюся брешь
потоком хлынули минуты
из наступающего дня
мы отказались от спиртного
от сигарет и наркоты
в тот день когда заговорили
коты
изольда страстно восклицает
довольно париться тристан
иди ко мне бери мочалку
три стан
олег оксане не любовник
не хахаль не жених а друг
но все же как то неспокойно
а вдруг