сижу к чужому терапевту
в огромной очереди за
курносой девочкой и перед
инопланетным существом
что верно хокку или хайку
вопрос решен уже давно
отсылка в хокку некорректна
на хайку нужно посылать
олег на время разбирает
и собирает автомат
стреляет сотню раз в минуту
но время не остановить
почует если буратино
что спор не кончится добром
грозит пером а не поможет
пьером
с утра оранжевым и жёлтым
я свой раскрашиваю день
он к вечеру багрово красный
опять от крови и говна
сфоткай речку лёшка
лес мангал закат
и оксаны ножки
вынь из рюкзака т
дверь распахнулась и из вольво
стеффан швырнул княжну в кювет
ну как то так прадеда понят
завет
дила от матроса
двойню родила
где же он с вопросом
как её дела
смотрит глеб иные
звёздные миры в
томик новогодних
сказочек закрыв
анатолий может
сомневаться не
он живёт у тани
сердца в глубине
мясник баварскою сосиской
дразнил собачек во дворе
его жены любовник бывший
смотрел и плакал у окна
олег зафрендил иисуса
затем ещё его друзей
два с половиной миллиарда
а иисуса удалил
неча в угол жаться
в энтом нет греха
мы должны сношаться
ты же мне сноха
вторые маленькие уши
которыми как в страшном сне
кот не шевелит как большими
нужны чтоб слушать голоса
о том какую роль играет
и как влияет на людей
случайный секс пускай расскажет
олег олег иди к доске
И кто же вас отцеретелил?
Вы страшная, как бюст Петра!
Немая сцена в "Ревизоре":
кровь, отрывание голов,
мозги на стенах, но всё это
без слов
Начнём с того, что Иннокентий...
А впрочем, стоит ли о нём?
Олег ломал стереотипы,
начав со стереосистем
Пришла благая весть к Егору
Ну как благая? Чисто блажь.
а вы талантливый порнограф
я нареку вас порнограф
эректорат поколебался
но встал на сторону её
у тульской фабрики баянов
хозяин новый петросян
борясь с глобальным потепленьем
олег глобально потеплел
я откровенный весь наружу
ты сокровенный весь вовнутрь
вот эскадрилья виннипухов
бомбит пчелиное дупло
нас запугать пыталась Света
своим неведомым концом.
рыдает дед рыдает бабка
верни нам сына колобог
олег большой бабагреватель
установил в свою кровать
Честь офицерская — не мыло:
Раз уронив, не подберёшь!