боясь навечно кануть в космос
твоих бездонных карих звёзд
держу комету рыжей гривы
за хвост
не остановим энтропию
но попытаемся убить
как можно больше нервных клеток
употреблением вина
наполеон сказал мюрату
нас после страшного суда
ждёт не сибирь страшнее кара
ганда
я упрощаю карту мира
границы больше не нужны
теперь мы люди безграничной
страны
случайный взгляд стук сердца в горле
воск тел в объятьях темноты
слова цветы орган и снова
не ты
машина времени проехав
всего каких то двести вёрст
по бездорожью развалилась
и макаревич постарел
люблю казнить на удалёнке
пьёшь кофе подключаешь скайп
приветствуешь приговорённых
и кнопку гильотина жмёшь
мои две личности сегодня
играют на лужайке в гольф
исус нормально да отлично
адольф
сейчас пока на удаленке
евгений пишет из тюрьмы
зухра в ответ я тоже дома
и никуда не выхожу
всегда оружием холодным
пригодным для девичьих рук
был на руси у нас горячий
утюг
такую сам гоголь не мог предсказать
шальную столицы застройку
не знает приезжий к чему привязать
тройку
красивых женщин очень мало
всё потому что разглядеть
их трудно но ещё труднее
их от косметики отмыть
вдребезги посуда
в клочья весь матрас
я тебя любила
как в последний раз
олег всю осень вспоминает
как на ромашковом лужке
он посадил картошку прямо
в мешке
живи девчонка ешь ириски
ходи рябая по весне
и пусть тебя никто не видит
во мне
арес целуя зену понял
что преступил приличий грань
в её руке свою увидев
гортань
я вышла утром на планету
хотела выключить луну
как хорошо быть у иллюзий
в плену
как здорово быть полупьяным
проблемы вроде позади
и гамма сложных предвкушений
в груди
сырой озябший буратино
вцепился в папину ладонь
давай мы лучше нарисуем
огонь
вчера оксана возжелала
вдруг стать владычицей морской
и сименс сделался стиральной
доской
однажды жираф в день рождения льва
надул какаду с антилопой
и лев недовольно сказал ты сперва
лопай
в кино давно бы все случилось
и развилось и проросло
а в жизни ты опять уходишь
искать свидания с другим
я абсолютно одинокий
шептал оксане в полутьме
пустого сочинского пляжа
мужчина в бежевых трусах
изобразить любимый город
могу простым карандашом
легко в любое время года
во всех оттенках серого
наступило лето
ровно сорок раз
а какое горе
беспокоит вас
давай с тобою обойдёмся
без этих вымученных вы
ну чем не повод для рожденья
молвы
я говорю другие буквы
должны украсить наш сарай
однако милый убеждает
что рай
прохладой и свежестью пахнет постель
в его холостяцкой квартирке
ведь принц навсегда полюбил ариэль
в стирке
грибник встревожил не на шутку
истошным воплем местных сов
когда поймали санитары
лесов
силён у пятницы однако
пищеварительный фермент
сказал последний робинзона
фрагмент