маресьев перезагрузился
и ноги снова отросли
на третий уровень бежит он
собрать сто бонусных ежей
загар украсит наше тело
ум не испортит наших лиц
и книга на полу в сортире
уж точно нам не компромат
вот ленский в платье с кринолином
упал зарублен топором
и шепчет бледными губами
как заебал ваш авангард
я та я та кого ты ищешь
ой нет я кажется не та
сказала зоя константину
в руке заметив акаэм
олег купил головку лука
головку сыра карамболь
и пригласил главу газпрома
на тематический салат
врачи исследовав егора
поставили диагноз слон
лечения не прописали
придётся дальше как то так
мне просто нужно малость места
духовный мир свой оградить
кто ж знал что стены раздвигаясь
сметут вас всех с лица земли
те кто живут внутри олега
выходят только по ночам
через отверстие в олеге
и ветер дует им в лицо
олег не пьет олег не курит
олег не хочет умирать
но у кого то для олега
есть безответная любовь
пилат и светел и безгрешен
душа чиста как кожа рук
он кротко ходит по голгофе
вокруг исусы на крестах
олег не верит в дедмороза
он так ему и говорит
ты снова не принёс котёнка
я разуверился в тебе
у нас не принято евгений
на день рожденья звать гостей
вы лучше в годовщину смерти
нас позовите через год
семен завел себе собаку
потом завел себе жену
но почему то у собаки
чуть раньше кончился завод
визит петра невероятен
ведь он давным давно погиб
оксана трубку положила
бежит за водкой и лещом
зачем ты бьешь меня оксана
руками твердыми как сталь
большие дыры оставляя
на теле мягком как говно
в пещере в коконах из слизи
висит пропавший киоскёр
висят болонка и брюнетка
и взглядами кричат атас
оксану били пионеры
жестоко били ведь она
не принесла макулатуру
и этим заслужила смерть
ты почему рычишь в постели
кто там сейчас с тобой во сне
я или женщина другая
или жестокий санитар
помимо плеч уже избитых
и общепризнанной руки
как много мест для пожиманья
нам предлагает организм
прикосновение надежды
когда она уже мертва
не прибавляет оптимизма
а только причиняет боль
и вдруг все звуки прекратились
а люди вытянулись вширь
и закружились словно рыбы
беззвучно разевая рты
один кирпич в стене кремлёвской
немного выступает но
если слегка нажать мизинцем
немного углубляется
андрей чтоб спрятаться от неба
землянку начинает рыть
а небо злобное сжигает
всю кожу на его руках
безруким пенсии не будет
висит бумага на стене
и все безногие читая
вздыхают с облегчением
глухой семен не знает песен
не может он послушать их
а знает кофе яйца булку
газеты семечки табак
обычно люди ходят быстро
есть и небыстрые но их
мы очень редко замечаем
а неподвижных просто нет
я прекращаю жить как прежде
ну то есть прекращаю жить
но напоследок я горошек
потрогать пальцами хочу
олег стоит у края бездны
то вдруг зажмурившысь шагнёт
то передумает и снова
обратно пятитса на край
я жил в разрушенной ракете
средь сусликов и хомяков
меня все называли юрой
завязывая мне шнурки
буквально все меня робели
ещё на подступах ко мне
а тот кто всё же добирался
не мог ни слова произнесть