мы кузнецы и дух наш молод
а паспорт помнит серп и молот
вчера царя в кремлёвском зале
бояре насмерть зализали
в листьях винножелтых
я ищу ответ
то ли нету солнца
то ли счастья нет
стих читаю громко
выдох рифма вдох
месяц ясный слился
пёс внезапно сдох
чтоб добавить красок
лунному ковру
солнце сняло с улиц
ночи кожуру
помахал фуражкой
я на корабле
от морской болезни
скоро буду бле
я тяну как баржу
раньше бурлаки
лямку с ипотекой
сжавши кулаки
оставь простор воображенью
не обнажайся до конца
творцам всегда жилось непросто
и одиноко без творчих
видишь как сверкают
ёлочек огни
огненная лошадь
счастья подгони
решил однажды пьесу чехов
писать про четырёх сестёр
потом ещё одну добавил
двух стёр
хоть весьма печален
праздников конец
кто их пережил все
тот и молодец
оттепель настала
в феврале ну что ж
не судьба по девкам
шляться без галош
ии с ии играют в шашки
но там хоть бей хоть уступай
а побеждает как обычно
чапай
скопила деньги на жилетку
пока что лишь на рукава
на старте лыжники из ганы
один гигант другой малыш
и вид у них довольно странный
без лыж
люся не невеста
и ничья жена
но всегда хоть кем то
да ублажена
прогнивший пирс ласкает море
дорожке лунной нет конца
а на другом краю вселенной
грустит заброшенный маяк
от горькой правды отказались
во имя приторной брехни
и лжили счастливо и долго
они
пригрозив катаной
глеб стоит во всëм
что ему любезно
снял с себя басë
одно другому не мешает
спросил нудиста фаберже
инстинктов глыбу прикрывает
тончайшей плёночкой мораль
комуто гузка достаётся
от птицы счастья каждый день
в августе на небе
звёздный хоровод
оттого и в мае
родов больше в год
в научном храме покаянно
я перед батюшкой стою
чтоб аннулировать погрешность
свою
все чашки блюдца и тарелки
аркадий разглядев сполна
в посудной лавке не приметил
слона
вчера вареное яичко
случайно в попу затолкал
изза оплошности невольной
пришлось без завтрака ходить
бежыт на сцену пугачова
под светом рамп кричит привет
а ей никто не отвечает
все люди мёртвыя сидят
при концелярии небесной
в библиотеке жызнь свою
я получил и с интересом
ее читаю в третий раз
с конца войны я дома не был
вернулся десять лет спустя
всё тот же хлева дух всё тот же
парашютист на проводах