господа давайте ж
выпьем щас за дам
целлюлит не лип штоб
к ихниным задам
не материлась не курила
была застенчива мила
кисейной барышнею в общем
гнила
пекли их печи грили грели
а ты губами присосись
к телам лежащих на тареле
сосис
олег с гостями у калитки
простился и вернувшись в дом
всё выложил что в нём держалось
с трудом
я обойдусь ответил павел
усы манерно теребя
и обошол на третьем круге
себя
причиной спешного развода
явился жареный судак
прошу рецепт подшить решенью
суда к
бреду по набережной в каннах
грущу что скоро мне домой
пески ногой смешав французский
и мой
смешная кованая мурка
таращит две заклёпки глаз
и метит ржавыми гвоздями
палас
не факт что женщины достойны
не факт что именно любви
но на груди рубаху всё же
порви
ну вот и речки середина
такое чувство что днепра
послушай петька это как то
непра
секс занимается олегом
бездушно в полной тишине
и засыпает отвернувшись
к стене
из вод невы взмахнув усами
взлетели стаями сомы
обворожительны и неве
сомы
меня растили мамки няньки
и пели на ночь ай люли
люлями холили люлями
блюли
ожил весь лес спасибо маю
пойду себе клеща споймаю
мороз и солнце день чудесный
июньский снег такой прелестный
у хорошей музы
даже и без тить
может получиться
слог обогатить
выбрав в жизни кредо
бодипозитив
съешь всех недовольных
всё себе простив
скелет сынишки невесомый
несу в кунсткамеру продать
а сам сынишка дома с варей
немного мягкий но живой
ты в наготе своей прекрасна
и аппетитна как лосось
мой мозг к такому непривычен
и я упал сражонный сном
любовь как космос я гагарин
я смело выхожу в него
в непроницаемом скафандре
набитом воздухом земли
шаинский маленькой ладошкой
способен взять большой аккорд
большой как мир как май как детство
как грудь тамары павловны
после концерта в антарктиде
в нарядном фраке дирижер
теряется в толпе пингвинов
чтоб к людям больше ни ногой
ах вот бы встретить гондольера
и лишь промолвила как вдруг
в светёлку входят гондольеры
с гондолами наперевес
ты улыбаешься мне с фото
пока я на него смотрю
а стоит посмотреть другому
ты улыбаешься ему
меня тереза оттолкнула
сперва алтарь таков закон
и я вернулся к поцелуям
икон
пастух в жару коровье стадо
привёл в тенёчек у реки
и как то вдруг засеменили
быки
а на меня прорухи нету
старухе гордо дед сказал
зухре быть мало совершенством
хотелось денег бы ещё
тэ девять это только образ
того что хочется сказать
и как тебя услышат люди
и как они тебя поймут
ведь не резиновая вроде
та глубина сибирских руд
а жёны декабристов прут всё
и прут