олег большой любитель дао
нагвалей дзенов кришен шив
был просветлённо неопрятен
и вшив
пойдём глеб это злые люди
они не понимают нас
и собери мои бигуди
в матрас
живет василий в новом свете
среди огайй кентукк дакотт
а из имущества лишь дети
да кот
пришла трясет пожухлой сиськой
кричит я мать детей твоих
а я вапще впервые вижу
всех их
октябырь вечер дождь и листья
нос вжат в оконное стекло
вдруг шум дверей и мое солнце
пришло
я овладел искусством ниндзя
не с целью знать секретный бой
а с целью овладеть секретно
тобой
непримечательный генадий
последний сняв с себя протез
стал окончательно невидим
исчез
летит по небу клим устало
и злобно дёргает кольцо
асфальт навстречу страшно плющит
литсо
господь несёт подарок еве
не яхонты не сапоги
в красивой черепной коробке
мозги
сегодня я отправлен в вечность
меня засунули в вагон
угрюмых двое конвоиров
и смотрят вслед с глухой тоской
сегодня день больших покупок
дом самолёт автомобиль
старушка мать жена и детки
и десять жизней про запас
исусов пару миллионов
в азарте бог отправил в мир
те быстро заселили землю
плодяццо размножаюццо
передо мною начинает
маячить будущее я
уже припомнила дорогу
верней отсутствие ея
здесь в предотъездном беспорядке
всё то что я хочу забрать
купальник обувь ежевика
браслеты море молоко
егор у женщин ценит ноги
геннадий сиськи а олег
в них любит ласковую душу
и взор горячий если есть
давай расстелем одеяло
на ветреном ночном пляжу
и первыми застанем утро
верней оно застанет нас
моя профессия каратель
я жгу деревни и людей
а дома на цепи в подвале
три девочки из кракова
мне больше снов цветных не снится
а большей частью ужоснах
ты белая приходишь в чёрном
во снах
остановился старый клоун
и посмотрел вокруг себя
не будет больше глупых шуток
ребя
я как игрушка заводная
сломаюсь у тебя в руках
таких уверенных и сильных
что ах
ты издаёшь узбекистоны
ташкентский дворик тих и пуст
как ты прекрасна в лунном свете
на вкус
шелка волос и бархат кожи
две три жемчужины зубов
кладу сокровища в шкатулки
гробов
добыча жемчуга опасна
неблагодарна и трудна
особенно среди завалов
говна
илья на бреющем полёте
летит с землёй заподлицо
осока бреет увлажняя
лицо
таблица пушкину приснилась
но он отверг такой сюжет
сказал он я не менделеев
поэт
я взял бы в дом тебя собакой
признался ольге николай
но только на ковер не какай
и лай
весь день по городу парижу
искала николя клодетт
а он на эйфелеву башню
надет
привычно слышит анатолий
из зала глупые смешки
в ответ на полные сарказма
кишки
бессон с бессонницей неделю
повсюду ищет депардье
а тот ламанш пересекает
в бадье
остановившееся время
глядит на германа с часов
с лица на чёрно белом фото
с замёрзших струй дождя в окне