вокруг костра расселись жеки
и кто то шепотом сказал
давай историю про чорный
канализационный люк
пути космических туристов
несложно распознать с земли
по смятым тюбикам тушенки
и звезд обломанным лучам
видимо беседы
потерял я нить
как это в подарок
маму к нам пожить
купил цветы и цинандали
но вы надежд не оправдали
налей бариста черный кофе
в изящный дорогой фарфор
мы будем слушать шум аорты
и звон митральных клапанов
я пришёл на лошадь
взять у вас кредит
шмотки там помада
лошадь подтвердит
семья и дети чиполлино
висят в чулке у бабы нины
никак не вяжется с минетом
твой образ строгий молодой
наверно все же показалось
когда я в комнату входил
дверь скрипнула но не открылась
я подождал открыл футляр
достал смычок настроил скрипку
сыграл две ноты ты вошла
емеля шёл пешком бедняга
он не продлил на печь осаго
питался умерщвлённой плотью
ну и конечно заболел
а если б воздухом и солнцем
то был бы весел и здоров
старуха вертит хлебный мякиш
из под шершавых тёплых рук
на землю сыпятся внучата
и убегают хохоча
постель важнее акварели
и в наступившей тишине
фрейд объясняет оговорка
по мне
здесь слишком заросли густые
чтоб с рыси припустить в галоп
перехожу блоха сказала
на лоб
очаровательно картавя
вы говорили про пуэр
и я немножечко скучаю
по эр
оно ведь тоже постарело
и стало дольше отражать
и дребезжать по стариковски
когда на улице трамвай
четвёртый день в дороге путин
он по садовому кольцу
идёт и смотрит на россию
деревья люди огоньки
я проверяю в третьяковке
по вечерам и по утрам
число картин по каталогу
и рам
как пережить все злоключенья
да очень просто вот смотри
берёшь и быстро зло меняешь
на при
седой патологоанатом
лежыт на кафельном полу
столы все заняты работой
вдруг захотелось полежать
ведут кастрировать олега
он не показывает страх
ведь он мужчина а мужчинам
бояться стыдно докторов
в саду среди упавших яблок
ньютон и гильотен вдвоём
сидели тихо каждый думал
своё
она подула на коленку
не надо плакать всё пройдёт
я ей поверил и не плакал
но не проходит до сих пор
зухра солёными губами
целует в лоб бартоломью
спи говорит спокойно лётчик
я поведу твой самолёт
хотела б я любви до гроба
не год один а сотню штоба
если мне жениться
на тебе нельзя
можно хоть добавлю
пару раз в друзья
когда дружил я с лыжной палкой
ей рисовал глаза и рот
а уши вот забыл и значит
она не слышала меня
доверившись телерекламе
говна купил аркадий маме
тихонько спрятавшись за шторой
слуга стоит заворожён
хренея как султан имеет
трёх жён
полковник вышел за калитку
отправил сам себе открытку