вот я не буду есть эклеры
и похудею и тогда
олег со мной займется сексом
а секс же лучше чем эклер
чтоб в рай попасть не ешьте мяса
а этот кроличий пирог
отдайте например бездомным
пускай они горят в аду
малыш домой приводит бабу
в глазах родителей тоска
а может быть ещё не поздно
щенка
осень наступила
мёрзлые менты
в мыслях уже носят
тёплые унты
я тру я тру я тру я тру и
я снова тру и тру и тру
я должен ночь очистить с неба
к утру
нет я не злой а очень добрый
но доброта моя со злом
всё чаще делается схожа
своим высоким капэдэ
ну это разве день рожденья
где торт подарки и салют
и почему тут со свечами
поют
осень наступила
жухлые кусты
мне опять не сделал
куннилингус ты
красавиц видел я немало
сказал стыдливо вассерман
плэйбой пихая в сорок пятый
карман
дым от погасшей сигареты
висит прозрачным полотном
а ты ушла тихонько скрипнув
окном
вот так проснёшься утром ранним
собраться на работу чтоб
а рядом принц стоит прекрасный
и гроб
я каждый день и не по разу
в любимый паблик захожу
всё думаю над каждой фразой
и ржу
учила бабушка когда то
не лги меня не проведёшь
но если лжёшь тогда всем сердцем
верь в ложь
слон это просто лысый мамонт
сбежавший в тёплые края
что бродит там тоску по тундре
тая
нырнув в манящую пучину
твоих расширенных зрачков
не смог преодолеть преграду
очков
гостям увы не до веселья
невесту в шутку тамада
украл в субботу в воскресенье
отдал
любуясь струями речными
на отмели лежит медведь
и заблудившийся геолог
на треть
исус забыл пароль от рая
и размышляет у двери
щас ктонибудь пойдет и я с ним
пройду как на земле в метро
тьма с тишиною помирились
но шло сражение одно
бессоница за чье то билась
окно
опять душа рвалась на части
и вновь я мучился в борьбе
с неразделённою любовью
к себе
зухра добинтовала глеба
ушла в прихожую и там
заплакала уже серьезно
не отвлекаясь ни на что
надел я рыцарские латы
забрался в танк задраил люк
мне не страшны снаружи ваши
тюк тюк
моё в ломбард не взяли счастье
сказали очень уж оно
просто и незамысловато
и счастье ли оно вобще
я градус выпитого долго
и планомерно понижал
покуда с ног валить не стала
меня обычная вода
дружить евгений научился
уже на пенсии когда
к им врытой лавочке сходились
со всей округи старики
глеб взял поваренную книгу
но не найдя знакомых слов
достал глубокую тарелку
и заварил свой бичпакет
шло время троцкий отлучался
и я ругал себя за то
что по неопытности выбрал
не ледоруб а ледобур
олег качает даунёнка
и грустно думает что да
ребёнок совместимый с жизнью
обидно только что с моей
проснись сюда идут из службы
проверки качества пути
поют параграф шесть дробь восемь
несут ужасный инструмент
я допил текилу
водку и коньяк
ты страшна всё так же
бесперспективняк