она порой себя жалела
отель бутик машина дом
собака муж всё в экземпляре
одном
и вот осталась я нормальной
среди придурков и козлов
и вот смотрю я телевизор
а некому завидовать
никто не слушал попрошайку
монету кинут и пройдут
а он им каждому причину
и дату смерти называл
мне в дурке вводят внутривенно
три кубика два раза в день
и я уже из них сложила
две башни замок и сарай
меня зовут маколей калкин
сказал какой то человек
не уходите я подробно
хочу об этом рассказать
осенний дождь в стакан лил воду
отстукивал я вас люблю
сводя все шансы пессимистов
к нулю
я спела даже станцевала
игриво поводя плечом
но шефу нужен был квартальный
отчёт
когда нибудь ты отряхнёшься
и выпадет из сердца нож
и над сегодняшней печалью
поржош
ты женщина и знаешь ключик
к решению любых задач
свернись калачиком в постели
и плачь
мы рисовали пентаграммы
и вызывали сатану
признаюсь честно я другого
от нашего свиданья ждал
Лежит обмякнувшее тело...
Ужель то самое Отелло?
на глубине двух километров
лежат обнявшись два кита
друг друга гладя плавниками
следят за звездами на дне
неизгладимых впечатлений
чтоб избежать ускорю шаг
увидев двух не из гладимых
собак
мы биороботы оксана
не обязательно кричать
хотите девочку нажмите
зачать
курить бросаю уж неделю
собралась воля в кулачок
но вдруг у мусоропровода
бычок
большое золотое сердце
носить и тяжело и влом
отдам недорого и быстро
как лом
я шёл к алхимикам как к людям
и нёс им яйца и муку
они ж мне камнем философским
в башку
оксана проходила в девках
до девяноста семи лет
пока ей томик камасутры
в мир секса дверь не распахнул
она спросила хочешь чаю
и мне чегото налила
такого что напоминало
по консистенции слюну
я выбросила пейджер в море
когда мы огибали крит
пускай теперь киты и крабы
ждут сообщений от петра
отварю окошко
потушу балкон
дом мой чист уютен
и богат белком
кричат собою не владея
в конвульсиях зухра и джо
не спят завидуют соседи
их счастью юности любви
какой то в зеркале опухший
мужик в стакан плеснул ему
отлично отдых начинался
в крыму
не нужны на морде
людям волосы
выплыл бы чапаев
если б не усы
чем ты печку топишь
это ж мопассан
ничего святого
нет в тебе оксан
осень наступила
грустные кресты
озорные сносят
бульдозеристы
к илье непрошенно в квартиру
зашол осенний депрессняк
не сняв плаща уселся в кресло
налил вискарь включил балет
старушка смерть под капюшоном
узрела прядь седых волос
и ощущает приближенье
самой себя к себе самой
я поезд с чётким расписаньем
работа дом работа дом
одни и те же пассажиры
катаются туда сюда
родная сядь пока в машину
я ж за права борюсь с ментом
давай поговорим про осень
потом